— Это у них настоящий двуглавый орел.
— Не, это начальник… типа местный шериф!
Попугай посмотрел с отвращением. Ирина тоже.
Вломить нельзя. Но и случать все это ослоумие?
— Идите-ка вы, детки, на территорию, — предложила она.
— Куда?
— Туда, — указала Ирина на дверь, которая вела во внутренний двор. А куда их?
В «обезьянник»?
Стоило бы, но оттуда часа два, как бомжа с чесоткой забрали, а продезинфицировать пока не успели. Или все же….?
Ирина подумала, что надо бы организовать детям визит. Пусть почесываются, думают о хорошем и не отвлекаются на мелкие пакости соседям.
Не успела.
Зазвонил телефон. Звонила ей Ида.
— Ирина, добрый день. Ты сейчас не свободна?
— Что случилось?
Ирина отвлеклась.
— Ириш, я понимаю, что не ко времени, но у одной из наших волонтерш дочь пропала.
— Дочь?
Ирина тут же позабыла обо всем.
О сопляках — в том числе. И даже на улицу вышла, чтобы поговорить на крыльце.
— Сколько лет дочери?
— Восемнадцать.
— Внешность?
— Блондиночка такая, хорошенькая… Машка ее одна тянет! Муж ушел, она на трех работах горбатится…
Ирина расспрашивала Зинаиду, понимая, что это, похоже, последняя жертва. Комплект собран. Осталось провести жертвоприношение, и…
Да, скоро уже придут за детьми…
Про сопляков с претензиями она попросту забыла. Не успела с ними ничего сделать. Если бы Ида позвонила на пятнадцать минут попозже!
И вызвала бы Ирина родителей, и передала соплячье с рук на руки, разъяснив всю пагубность их заблуждений.
Не успела.
Где вы видели мальчишек, которые будут смирно сидеть там, куда их определили взрослые? Пацаны заглянули в дверь участка, переглянулись.
Участковая ушла?
Кто ее знает?
Но если пройти через участок, может, в кабинете где спрятаться, а потом ломануться к выходу…
Свобода!
Вас встретит радостно у входа!
И вам по шее не дадут!
Наивные, наивные мальчики. Приемная охранялась сторожевым попугаем. И прощать съеденные орехи он не собирался никому!
— Ррррравняйсь! СМирррррна!
Орал Кант от души.
Мальчишки подпрыгнули, потом посмотрели наверх.
— Заткнись, курица летающая!
Такого не снесла бы даже курица. Не то, что попугай.
Кант растопырил крылья и напыжился.
Вообще, у птиц недержание по жизни. Где живут, там и гадят. Где захотелось. Но могут и по желанию…
На «эльфа», весьма его украсив, шлепнулась крупная клякса помета.
— Урррроды! — прокомментировал птиц.
«Эльфовидный» подскочил на полметра вверх. Не достал даже до кончика попугайского хвоста и разозлился.
— Ах ты, тварь! Поймаю — шею сверну.
— Пррридуррок!
— Козел!
— Никита, прекрати! — попытался остановить его друг.
Ага, как же! Коса нашла на камень!