— Зоро-сан не убивал меня! — как всегда, Виви принялась яростно защищать парня.
— Признайся честно, ты её чем-то тайно поишь, да? — проигнорировав возмущённую девушку, Луффи обратился напрямую к мечнику.
Мрачный Зоро и не подумал отвечать. В отличие от Виви, он совершенно точно знал, что полное игнорирование — лучший способ отвязаться от назойливого парня. Правда, тот слишком хорошо умел задевать за живое, поэтому следовать подобной методике было не так просто, как могло показаться.
— Ничем меня Зоро-сан не опаивал!
— Он тебя убил, практически ежедневно избивает на тренировках, трахает других баб на стороне, а ты без раздумий бросаешься его защищать при любой возможности, — в словах Луффи не было ни капли лжи.
— Они-сама!!!
Виви покраснела до кончиков волос.
— По-моему, тут неплохо поработало какое-то любовное зелье, какие обычно варят ведьмы в различных страшилках, — парень невозмутимо продолжил дальше развивать свою «теорию заговора». — Однако я не верю в существование настоящих ведьм, но зато верю в силу Дьявольских Фруктов. Какой-нибудь фрукт преобразования элементов вполне может позволить синтезировать вещество, подходящее под определение любовного зелья. С нашим количеством денег ему бы не составило труда оплатить несколько ящиков такого пойла.
Как всегда, он был способен нести любой бред с самым серьёзным выражением лица. Главное, если лично не знать Зоро, всё звучало вполне логично и походило на правду. Понятное дело, что среди нынешней аудитории Луффи только наивный Чоппер стал посматривать на мечника с большим подозрением. Будучи доктором, он лучше всех из присутствующих разбирался в устройстве человеческого тела и его работе. Именно поэтому он совершенно точно знал, что в прозвучавшем варианте создания любовного зелья не было ничего невозможного. Ему ещё только предстояло научиться отличать правду от «правды».
— Может, мы уже просто вернёмся к теме Арабасты⁈ — сделав над собой титаническое усилие, красная от смущения Виви предложила сменить тему.
Она была достаточно умна, чтобы понимать бессмысленность любого спора с Луффи, но ей пока не хватало выдержки в них не ввязываться. Она очень остро и эмоционально реагировала на любую несправедливость, а парень этим беззастенчиво пользовался. Опять же, ничего нового, абсолютно все члены семьи проходили ровно через то же самое. Бить по болевой точке, пока она полностью не атрофируется, уже давно стало «доброй» традицией.
— Понимаю, сложно спорить с правдой, — участливо покивал Луффи. — Ничего страшного, как только вы расстанетесь, эффект от любовного зелья быстро пропадёт.