Честно говоря, поскольку у меня был послужной список того, что была позорной и грубой по отношению к нему, хотела, чтобы он обвинил меня в том, что я ведьма.
Следователь, который допрашивал меня в прошлый раз, стоял рядом с кронпринцем и смотрел на меня со свирепым лицом.
— Что я должен делать? Если вы позволите немного пыток, то могу заставить её признаться в преступлении в течении дня.
— …Это чепуха.
Наследный принц повернул глаза и яростно посмотрел на следователя и сказал:
— Разве ты не заметил, что я дал ей эту комнату? Какой бы преступницей она ни была, если ты прикоснешься кончиком пальца к её телу, которое когда-то было наполовину императорским, твоей жизни придёт конец.
— Боже, Ваше Высочество, я особо не думал, потому что не мог дождаться суда, Господи. Пожалуйста, простите меня.
Следователь, идущий из комнаты кронпринца, взглянул на меня один раз, но я совсем не испугалась.
В любом случае, хорошо, что не было пыток. Я не была уверена в том, что смогу выдержать боль. Даже не могу умереть после того, как прикушу язык, но ничего хорошего в том, чтобы просто болеть, не было.
«У Энакина всё хорошо?»
Сделав вдох, на ум, естественно, пришёл мой рыцарь. Скучала по нему, но это была Медея, а не Энакин, с которым я могла общаться через зеркало в кармане.
Если бы этого не произошло, то смогла бы увидеть шатена за столом казни и в толпе, как и было запланировано.
Ну, это был не ‘Где Уолли?’ [1], и я никогда не была талантлива в поиске спрятанных картинок, поэтому собиралась попросить Медею встретиться с ним перед смертью. Но что мне сказать этому лицу, которое больше никогда не увижу?
В комнате было холодно… Проблема была не совсем в помещении. Я скорчилась и молилась, чтобы утреннее солнце взошло поскорее.
Думала, что смогу увидеть Хибриса, как только наступит день, но время немного затянулось, потому что ему нужно было отправиться на миссию в соседний район.
В этом романе недаром единственным первосвященником был этот мужчина. Всё произошло потому, что автор изначально установил настройку так, чтобы Хелена могла встречаться только с Хибрисом.
В столице было три первосвященника, кроме папы, но один из них уехал с миссией в другую страну и давно не возвращался, а последний был пожилой и лежал в постели.
Поскольку папа, находившийся в критическом состоянии, также отказывался лечиться божественной силой, все в один голос говорили, что Хибрис как можно скорее станет следующим на место главы церкви.
Если подумать, казалось, что он мог наложить табу, чтобы спасти Хелену в конце романа, потому что неофициально стал папой.