Чтобы взорваться снова с последним толчком. Упиваясь победным мужским рыком и дрожью мощного тела надо мной.
Боже, как же хорошо. Меня нет. Я растаяла… точнее сгорела. Чтобы возродиться, как феникс.
Блаженно жмурясь, обнимаю придавившего меня к кровати мужа. Мы сейчас даже дышим в унисон. И сердца грохочут рядом.
– Хорошо, что я перед сном наложил на кровать противопожарные заклинания, – бормочет Федерик, целуя моё плечо. Перекатывается набок, подгребая меня к себе.
Эм, что?
Открыв один глаз, я с опаской осматриваю наше брачное ложе. Ну-у-у, оно не загорелось. Но это явно не моя заслуга. Балдахин цел, деревянные столбики и изголовье, насколько я могу судить, тоже. Но мы лежим на белом нетронутом огнём островке посреди обгоревших простыней.
Чёрт. Одни убытки от меня.
– Я тебя не обожгла? – спрашиваю с тревогой. И на мужа смотрю уже во все глаза. На первый взгляд он вроде бы цел и невредим, не считая царапин на плечах и спине, но мало ли.
– Нет. Мне было определённо горячо. Но твой огонь меня странным образом не обжигал. Возможно из-за нашей брачной связи. – Федерик поднимает голову и с усмешкой смотрит на меня в ответ. Поднимает руку к лицу, нежно гладя по щеке. – Ты очень пылкая и страстная женщина, ведьмочка моя. Гореть с тобой вместе было для меня огромным наслаждением.
Утро, которое началось, как самая сладкая эротическая мечта, плавно перетекло в новый насыщенный событиями день.
На обгоревшей кровати уже никак было не поваляться, так что пришлось нам обоим вставать.
Федерик, пока я была в ванной, быстро оделся, окончательно разрушив тем самым все мои представления о принцах – камердинера у него, кажется, нет – и куда-то ушёл.
Вернулся, когда я уже оделась в новое домашнее платье, нежно-голубое в синий цветочек. С помощью Бригитты. Платья, оставшиеся мне от Анны, посложнее будут, чем его костюмы.
Велев горничной оставить нас, мой супруг неожиданно достал из кармана деревянную прямоугольную шкатулку и торжественно протянул мне.
– Это что? – несказанно удивилась я, осторожно открывая крышечку. На чёрном бархате лежали парные браслеты. Искусно переплетённые золотые язычки пламени с рубиновыми вкраплениями. Изящно и невероятно изысканно. – Спасибо. Это потрясающе красиво… но зачем? Если из-за того, что между нами утром произошло…
Я замялась, чувствуя себя крайне неловко. Никогда мне не доводилось принимать такие дорогие и роскошные подарки. Чего не умею, того не умею. Не баловали меня подарками, да. И мне не очень приятно думать, что он, возможно, так расплачивается со мной за секс. С одной стороны мы, конечно, вроде как женаты. А с другой – по-прежнему мало знаем друг друга… и я же не поэтому с ним была.