– Эми, Кати, как же я соскучилась по вас, – выдыхаю, очень стараясь не выдать себя голосом. – Вы же с даном Рэймандо прибыли?
Ну же, Эми, маленькая, поддержи меня. Если этот псих заподозрит, что вы приехали с отцом… то может случиться беда.
– Да, с ним, – медленно кивает Эмелин, смотря на меня ещё более внимательно. – Папа повёз бабушку во дворец. Как и собирался.
Каталина удивлённо смотрит на сестру, но та сжимает ей руку.
– Вы подождёте меня здесь? Мне очень нужно сказать дану Рэймандо кое-что срочное и важное. А потом я буду вся ваша, – улыбаюсь обеим близняшкам.
Только бы не спорили. Только бы послушались…
– Хорошо, Анна, – кивает уже Каталина. Её взгляд тоже становится настороженным. Это просто счастье, что они стоят спиной к тёмному, и он не видит их лиц.
– Мэтр Селестино, проведёте меня? – с натянутой улыбкой смотрю на хмуро взирающего на меня мессира.
– Конечно, ваше величество, – кивает он с кривой усмешкой.
Внутренне умирая от страха, что не получится увести тёмного от детей, я целую русые макушки близняшек. И, сжав напоследок в своих объятиях, отстранюсь от них, заталкивая себе за спину.
Я люблю вас, маленькие. Так люблю.
Зажмурившись, чтобы сдержать слёзы, шагаю к мессиру. Он, как ни в чём не бывало, подставляет мне локоть. Его забота, словно насмешка.
Передёргиваясь внутри, я всё же её принимаю. И позволяю ему увлечь себя прочь из комнаты. Девочки, слава всем богам, остаются в спальне, как я и просила.
– Только без выходок, ваше величество. Иначе… – голос мессира звучит едва различимым шипением, наполненным неприкрытой угрозой.
Мы выходим в гостиную. Идём к выходу из покоев, я чувствую, как начинает клубиться вокруг колючая, давящая сила тёмного, уплотняясь до маскирующих щитов… и вдруг дверь открывается, и в проёме возникает… Федерик. А у него за спиной маячит Рэймандо.
На какой-то бесконечный миг, все замирают удивлённо смотря друг на друга. Каменеет рука тёмного под моими пальцами, новая доза адреналина выплёскивается в кровь, сужая моё восприятие до этого ощущения и опешившего взгляда любимых голубых глаз напротив. А в следующую секунду Федерик стремительно атакует, опередив действия Селестино лишь на доли мгновения.
Тёмного отбрасывает от меня сокрушительным ударом какого-то боевого заклинания. Я едва успеваю убрать руку с мужского локтя. Но старого подонка спасают его щиты. Врезавшись в стену, он падает на четвереньки и тут же швыряет сгусток какой-то дряни в моего мужа. Словно в замедленной сьёмке я наблюдаю, как летит в грудь любимого смертельное проклятие. И с диким криком вспыхиваю пламенем, бросая наперерез стену огня. Сжигая заклинание мессира, она обтекает моего мужа, становясь ему щитом. А я падаю на колени, все силы кинув на то, чтобы этот щит держать.