— Хватит, — все же решилась она возразить карге. – У вас дверь и до меня грязная была!
— Но не вонючая! Так что три давай, раз наблевала тут, как кошка бездомная!
Такое сравнение Маше совсем не понравилось. Да неужто она, привыкшая блистать в брендовых нарядах и приказывать другим, будет дальше позволять какой-то бабке с пенсией в двадцать тысяч рублей ею помыкать?!
Маша упрямо встала. Задрав подбородок, заявила:
— Я тороплюсь.
Старуха хмыкнула.
— И куда же это?
— К Васе! Князеву.
— А, так вот ты чего сюда припёрлась… Ну конечно, его дома сейчас нет, заседает поди у себя там, в этом модном Яйце… Срам просто, что такое строят нынче!
Сама того не подозревая, бабка дала Маше ответ на мучивший её вопрос – где теперь искать Васю.
Значит, у него офис в новом бизнес-центре, который в форме яйца. Солидно. И внушало оптимизм.
Аккуратно отступив от бабки и её трости, Маша кинулась к лифту. А в спину ей прилетело…
— Погоди-ка! А ты вообще кто такая?!
Ухмыльнувшись, Маша влетела в лифт и ответила уже про себя…
«Узнаешь, старая сволочь, когда я рядом с тобой поселюсь! И поквитаюсь за это все!».
Как доказать близким людям, которых так долго игнорировал, которыми преступно пренебрегал, что на самом деле они тебе важны и нужны?.. Что заслуживаешь ещё одного шанса, простой возможности показать, что действительно способен измениться?..
Этим вопросом Вася задавался все последнее время. И когда оглядывался назад, на свои поступки, поведение, сказанные со злости слова – сгорал от стыда и невозможности все это отменить, стереть, забрать назад.
Только теперь, когда решил показать жене, что хочет остаться рядом, и взял на себя часть трудов по дому и уходу за ребёнком, которые прежде ложились лишь на её плечи, Вася стал понимать, как много она в действительности делала. И как ей, очевидно, было тяжело.
Он горько жалел о каждом дурном слове, что сказал ей.
О каждом часе, который провел вне дома, пока она его ждала.
О каждой упущенной возможности что-то сделать, помочь, поддержать…
Ему хотелось верить, что она замечает его нынешние старания. Что они для неё хоть что-то значат…
Хотя он в свое время не ценил всего того, что Лия для него делала. Ему казалось – он один старается ради семьи. Его раздражало, что он словно стал пленником этого брака, что теперь нужно ставить в приоритет ребёнка и жену, а не свои потребности…
Он отчаянно цеплялся за прежние привычки, с вызовом отстаивал свое право встречаться с друзьями…
Наверно, вся эта история с Машей тоже была частью его протеста, его отчаянным желанием снова почувствовать себя свободным, ничем и никем необременённым…