— Молоко. Его так много пришло, а Даян пока не может правильно захватить сосок, да и сосательный рефлекс еще слабый. — Лейсан посмотрела на меня нежно и пальцами зарылась в мои волосы. — Мир, пока нельзя. Там выделения… В общем месяц еще никаких вагинальных проникновений, — она тихо рассмеялась. У меня аж член упал. Все эти подробности явно лишние. — Посидишь с Даяном? Я так хочу нормально искупаться и голову помыть.
— Он же спит? — я снова взял бокал.
— Он может проснуться, — Лейсан мягко забрала коньяк и, поднявшись, отнесла на кухню. Я следил за ней, как поднималась наверх. У нее всегда была хорошая фигура. Женщина-гитара: пышная грудь, тонкая талия, крутой изгиб бедер и крепкая задница. Конечно, беременность оставила свои следы: Леся набрала несколько лишних килограмм, но, думаю, это поправимо. Сейчас организуем быт на троих и пойдет в зал. Нужно еще няню, наверное.
Я поднялся в спальню и подошел к колыбели. Даян спал на боку в шапочке и светлом костюмчике. Такой маленький, совсем крошечный. Мне даже дотронуться до него такого хрупкого было страшно.
— Ой, — услышал характерный звук, затем запахло чем-то кислым. — Обделался, значит, — засучил рукава и положил его прямо. Нужно учиться подгузники менять. Я только расстегнул миллион застежек, как сын начал странно булькать. Я ничего не понял! Мне стало пиздец как страшно. Он задыхался, а я ничего не мог сделать!
— Леся! Лейсан! — распахнул дверь в ванную. Она выскочила в одном полотенце и сразу бросилась к колыбели. Схватила сына и повернула его голову на бок. Из маленького ротика полилось молоко. — Что с ним? Он здоров?
— Даян срыгнул. Он пока маленький, поэтому голова должна быть всегда на боку лежать, иначе…
Я только смотрел на них, внутренне задыхаясь, а потом ушел. Не справился. Чуть не угробил сына. Нельзя мне доверять его. По крайней мере пока.
— Ты справишься, привыкнешь, — шептала ночью жена. Надеюсь, она права. Надеюсь…
Я взял неделю отпуска, чтобы помочь жене с новорожденным, но выдохнул с облегчением, когда смог выйти на работу. Да, дети это нелегко. У Даяна то ли колики, то ли газики, то ли просто он любитель поорать, но я уже подумывал переехать в гостевую спальню. Я не мог спать и от этого срывался на жену. Бесит. Все бесит. Особенно я сам. Пока мое отцовство вызывало исключительно раздражение.
— Марина Михайловна, — набрал нашего эйчара. У меня секретарь ушла в декрет уже как неделю и никого подходящего так и не прислали, — есть результат по моему вопросу?
Мы со старшим братом занимались семейным строительным бизнесом. Он генеральный, а на мне вся оперативная работа. Мне бы кого-нибудь толкового, но и чтобы глаз радовался, глядя на помощницу. Красивые женщины украшали этот мир. Раньше, конечно, я пробовал на зубок многих красавиц в нашей компании, сейчас исключительно смотрел. Жене никогда не изменял.