Пусть спасибо скажет, что я не порчу его выступление эпичным чихом. Я уже практически не слушала его, сосредоточившись на борьбе с першением в носу.
— Надеюсь, что наше общение было не только интересным для вас, но и полезным. Если вы хотите высказать свое мнение о нашей встрече, внимательно слушаю вас.
На секунду воцарилась полная тишина. Наши университетские звезды обдумывали, что сказать, чтобы поразить Соколова и запомниться ему.
— Я жду, — поторопил Соколов.
И тут на всю аудиторию раздался мой чих, эхом отдаваясь от стен. Все тут же повернули головы ко мне. Мои щеки залила краска стыда.
— Очень ценное замечание, — обратил все в шутку Соколов. — Приму к сведению.
Студенты весело заржали.
Владислав Михайлович выслушал тонну лести, приветливо улыбаясь, а потом предложил задать вопросы.
Я сразу же взметнула руку.
— Ну давайте, девушка с платочками.
Пронесло. Он все же меня не узнал.
Я поднялась.
— Надеюсь ваш вопрос будет более содержательным, чем предыдущая ваше реплика.
По рядам побежали смешки. Ненавижу, когда из меня пытаются сделать дуру.
— Как к вам попасть на практику?
— Несложно. Нужно просто стать самой лучшей.
Как попасть к Соколову на практику я не представляла. Через декана у меня ничего не получилось. Синичка на хвосте принесла, что он неплохо общается с Соколовым. Однако информация не подтвердилась.
Герман Григорьевич, которого я огорошила просьбой, начал выкручиваться в своей интеллигентно-витиеватой манере.
Свою речь он закончил тем, что Соколов хоть и гений юридической мысли, но характер у него премерзкий и мне бы лучше пройти практику в другом месте, в суде, например.
Брать штурмом юридическую консультацию Соколова я не собиралась.
Что-то подсказывало мне, что если даже я устрою голодовку на мраморных ступенях перед дверью его конторы и умру там от холода, он даже бровью не поведет.
Если попробую прорваться в его кабинет под видом клиентки, меня просто вышвырнут оттуда, потому что к Соколову запись за несколько месяцев. Наверное, Соколов идеально подходит для тех, кто заранее планирует развестись.
В принципе моей подруге, у которой все было слишком неопределенно и развод маячил слабым огоньком надежды на горизонте, такой вариант подходил.
Милке я расписала так, что у меня все уже схвачено, потому что хотелось подбодрить подругу. А на самом деле возможность добиться консультации у Соколова была под вопросом.
Я решила подстраховаться – вдруг идея с практикой не выгорит — и записаться на прием.
План разговора я наметила на бумаге и прорепетировала в своей комнате перед зеркалом. Мне надо было успеть до возвращения сестры с работы. При ней заниматься подобным было бы неудобно. Начнутся ненужные распросы и язвительные подколки.