С остальным народом, конечно, посложнее, особенно с родовитым боярством. Там любое новшество в штыки, мол, отцы и деды наши так делали, и мы будем. Как отцы и деды носили, так и мы станем носить. Бороду брить грех, порты басурманские православному одевать негоже, и тому подобное… Но тут главное в том, что мне все равно! Не хотите, не надо! Прошло то время, когда я в поддержке боярской нуждался. Ныне не я нуждаюсь в боярах и прочих людях родовитых, а они во мне. Вот такой вот курьез. Ну, не нужны мне бояре! И в этом весь фокус! Бояре и прочие именитые люди, как руководители подвластных земель, полководцы и главы приказов, мне не требуются. У меня есть кадры для этого. Причем так получилось, что я не оттирал знать от власти, руководства государством и командованием армии, я просто создал новое государство, другую армию и другие институты управления. Армия теперь, хоть и небольшая, но постоянная. Мне боярское ополчение давно уже не требуется. Городовой полк или поместную конницу уж не помню, когда и собирали, а в новой армии, уж извиняйте, я свои порядки держу. Там для офицерского звания школу да училище нужно закончить, за старину рода и заслуги дедов там чины не даются.
В гражданской жизни я тоже бояр не трогаю. В думе по старшинству заседают, как и прежде. В шубах и шапках, все по старине, только вот реальным делом занимаются нововведенные мною приказы, в которые я людей назначаю. Главами приказов в первую очередь становятся либо верные мне люди из старого боярства, такие как Острата, либо окончившие училище и уже показавшие себя в деле капитаны.
Из этих людей я черпаю тех, кто двигает мои замыслы в жизнь, но и высокородной аристократии я не отказываю. Только уж коли ты ко мне пришел, то будь добр следуй моим правилам, а со своим уставом не лезь. Это мой метод воспитания — «мягкая сила», можно сказать. Хочешь быть ближе к консулу, принимай новизну. Хочешь руководить государством, командовать полками — будь добр принять, а нет, так скатертью дорога, можешь как сыч сидеть в своем поместье, никто тебя не тронет.
Я свои порядки никому не навязываю, но и открытого противостояния не терплю. Те из бояр и князей, что поумней, давно уже правила раскусили и детей своих в училище определили. Вон наследник Старицкого князя, у меня до командира роты дослужился, а как отец его умер, так я его на родительский стол отпустил. Княжит ныне, а вот братья его младшие по-прежнему служат, и всем хорошо. Князю, потому что не подсиживают под ним престол, а младшим сыновьям — не надо дармоедами при брате сидеть. Есть где на жизнь им заработать, да славу себе стяжать. Этот пример для многих бояр и сыновей княжеских, коим наследство не светит, — образец и единственно возможный путь, на котором можно и богатство, и титул себе новый добыть. Так что боярство именитое притерлось уже и поняло, во многом, что ныне новые правила на Твери, и коли хочешь от жизни не отстать, то надо принимать их или, на худой конец, примириться и против не выступать.