— А у вас тут как дела? Рассказывайте. — Лиза садится на столешницу, закинув ногу на ногу: — что там за парень у Инны появился? Инна?
— Нормальный парень. Не вожатый, не подумайте. Я просто в лагере была и… ну он старшеклассник. Высокий такой и волосы вот так зачесаны. Он на гитаре играть умеет! И по математике одни пятерки, вот!
— Отличник и на гитаре играет, значит. — прищуривается Лиза: — круто. И что ты с ним в лагере была и все? Или телефончик домашний взяла? Он вообще откуда?
— А… он из нашей школы. В выпускной перешел. — говорит Инна и немного краснеет: — так что и телефон не нужен. Первого сентября увидимся.
— Точно, школа же через три дня. Вот и лето пролетело. — вздыхает Оксана: — давайте я сегодня джинсы эти мерять не буду, а? Завтра на улицу в них выйду.
— Не, не, не, Терехова, сейчас мы с тобой за гаражи пойдем, сдернем с тебя твою юбочку и напялим джинсы! Будешь у нас ков-герл и все тут! — упирает руки в бока Лиза Нарышкина: — как иначе? Будешь поражать всех вокруг! В школе все удивятся, придешь пару раз в этих джинсах. Даже Виктор Борисович челюсть уронит!
— Ээ… Виктор Борисович? — Оксана перевела взгляд на других девушек, на Инну и Яну: — погоди, так ты не знаешь еще?
— Чего я не знаю? — хмурится Лиза Нарышкина: — вы же не сказали мне ничего еще. О чем мне знать нужно? У Барыни тоже парень появился? Или Лермонтович снова чего выкинул?
— Да нет… — Оксана сглатывает и встает из-за стола. Дергает за рукав подругу: — Инна…
— А чего сразу Инна-то? — ворчит Инна Коломиец, отдавая зеркальце Яне: — как что так сразу Инна. Вон тебе джинсы задарили, так и прими на себя ответственность.
— Не могу я. — мотает головой Оксана: — не хочу я Лизку огорчать, она ж плакать сейчас будет, а я терпеть не могу, когда она плачет.
— Можно подумать я от такого тащусь. — закатывает глаза Инна: — кому ж нравится, когда Боярыня наша ревет как белуга. Никому не нравится. Эх… в общем Лиза, ты только не плачь, но я тебе один умный вещь скажу…
— Да вы издеваетесь! — говорит Лиза и соскакивает со стола, притопнув изящными босоножками в пыль обычного провинциального дворика: — что случилось-то⁈ Я уже волноваться начала…
— Ты главное не волнуйся. — говорит Яна, поднимая руки ладонями к своей подруге: — главное — дыши. И помни что у тебя есть мы — твои подруги. У тебя мама и папа есть и они тебя любят. И…
— И комсомольская организация. — поддакивает ей Инна: — они тоже тебя любят. И поддерживают. Не только мы.
— Все тебя любят. И поддерживают. — кивает Яна.
— Точно! — говорит Оксана: — а уж мы особенно. Мы — твои лучшие подруги, помни об этом. И я не из-за джинсов говорю, а от сердца.