— Я уже извинялась за тот раз! Лилька!
— Да я не сержусь!
— Точно! — кивает Алена Маслова: — у мужиков мяч летит быстрее раза в два, а какая сила! Убить могут! Зачем нам такое? Вот вам всем — зачем? Я красивая, молодая девушка, у меня еще все впереди, ко мне чешский артист Томаш Дворник в окно залезал, а я паду смертью храбрых на площадке, убитая безжалостной рукой «Медведя» из Уралмаша. Не, я хочу стать хорошей женой и домохозяйкой, у меня и Томаша будут трое детей и жить мы будем в Праге!
— Он не к тебе лез, а к Лильке. И попал к Вальке… бедняга.
— Ой, хватит! — отмахивается Валя Федосеева и краснеет: — как вспомню, так стыдно! Я ж не знала! Я просто сплю крепко!
— Легко отделался еще… как ты его не сломала-то… Маш, а у нас же Валька есть! Тоже сила! Вон как Томаша заломала!
— Томаш Дворник — метр шестьдесят меланхолии и творческой интеллигенции. Такого кто угодно заломает. А я этих «Медведей» лично видела сегодня. Это машины, девчат. С ними воевать — все равно как… ну как с трактором бороться. Тяжело, грязно, не престижно и все равно проиграешь…
— И чего делать будем? — спрашивает Наташа Маркова. В комнате повисает тишина. Девушки переглядываются. Валя осторожно ставит чашку на столик.
— … у нас матч с Новосибирским «Трудом» через неделю. — вполголоса замечает Айгуля Салчакова: — если сейчас кто травмируется…
— Кстати. — кивает Алена Маслова: — Гулька права! Нам всем бы поберечься! А у меня рука болит! И коленка!
— Лилька в Праге сотрясение получила…
— Не получала я!
— Да? А по поведению и не скажешь…
— Она всегда так себя ведет…
— Я бы сыграла… — говорит Арина Железнова и оглядывается вокруг: — а чего? Подумаешь, мужчины. Мы же не драться будем на кулачках и не бороться в партере. Это волейбол, командная игра. Сабина все время говорила, что это искусство, а не сражение. Уж в искусстве то мы можем сравняться… но если все против — то и ладно.
— Ты смотри, наша Принцесса решила против течения не плыть. — кивает Алена Маслова: — она значит…
— Я бы тоже сыграла. — голос от окна. Все поворачиваются. Евдокия Кривотяпкина, высокая, с коротким ежиком стриженных волос, со шрамом на щеке. Стоит у окна, сложив руки на груди.
— Дуся? — хмурится Маша.
— Не убьют же они вас. «Проиграем»… ну и что? Какой смысл играть с теми, кто заведомо слабей? Так вы ничему не научитесь…
— С твоей точки зрения это мы должны радоваться а они — горевать… — говорит Алена: — так как с ними рядом это мы заведомо слабая команда.
— Я не собираюсь за них переживать. — отвечает девушка.
— Вот так и не скажешь, когда ты шутишь, а когда нет…