Йожин з бажин весь в болотной жиже! Йожин з бажин к хутору все ближе! — распевает Лиля, раскачиваясь в такт песне: — Йожин с бажин, уже зубы точит!
— Barfuß! Und du bist hier! Was machst du denn hier⁈ — раздается голос и Лиля оборачивается, видит знакомое лицо и тут же — повисает у нее на шее.
— Привет! — кричит она: — здорово что ты тут! Ой, то есть… Ich freue mich sehr, dich zu sehen, Katarina! ( Я так рада тебя видеть, Катарина! (нем))
— Босоножка! — не выдерживает Каримова, и одергивает Лилю за рукав спортивной куртки: — ты чего творишь⁈
— Ja, genau jetzt! Das ist meine Freundin Katarina Staff! Sie ist Tennisspielerin, wir haben uns in Taschkent kennengelernt! ( Это моя подруга, Катарина Штафф! Она теннисистка, мы в Ташкенте познакомились! (нем)) — говорит ей Лиля, обернувшись: — Treffen Sie mich!
— Я в школе английский учила. — говорит Гульнара Каримова: — и то в объеме про Лондон что зе кэпитал оф грэйт британ. Чего ты там бубнишь-то⁈
— А это моя подруга Гульнара Каримова! — представляет ее незнакомке Лиля: — она из Ташкента тоже! Капитан команды «Автомобилистов», помнишь ее? Ты же на матч ходила, помнишь⁈ О! А ты трдельники уже кушала⁈ А танцевала⁈ И…
— Господи… — Каримова вздыхает: — Босоножка! Ты ей на русском говоришь, а мне на немецком! Наоборот нужно! Наоборот!!
— А? — подвисает на секунду Лиля, потом кивает головой и расплывается в улыбке: — точно! Наоборот! Тевирп! От яом агурдоп Аниратак Ффатш, ано тяарги в сисннет!
— Чего⁈
— Не обращай… как это… внимания, йа! — вмешивается в разговор незнакомая девушка: — я немного понимаю по-русски. Просто мы с Лиля любить сказала? Поведала? О! Говорила! Любить говорила на дойч.
— О! Катарина! — откуда-то появляется Арина Железнова: — и ты тут! Какой мир маленький…
— Я одна тут ничего не понимаю? — говорит Каримова и понимает что звучит жалобно. Арина Железнова бросает на нее снисходительный взгляд.
— Это Катарина Штафф, — говорит она: — из ГДР. Между прочим, десятая ракетка мира по рейтингу Эй-ти-пи, вот! И подруга нашей Лильки, потому как Лилька ее в Ташкенте на грунте выиграла влегкую. Босиком.
— Эта Бергштейн вообще хоть что-то не умеет делать?
— Убираться она не умеет. И готовить. И серьезной быть.
— Ich kenne einen wunderschönen Ort! Los geht’s! Schnell! — машет рукой Катарина, потом сбивается и продолжает на ломаном русском: — за мной! Ich lade euch alle ein! (Я всех угощаю! (нем.))
— Уж извините, — говорит Каримова: — но слово «шнелль» я точно понимаю. И «хенде хох» тоже!
— Йа! — закатывает глаза Катарина: — Гитлер капут!