Гибкая вампирша ударила по руке с посохом и тот полетел в сторону. Ответом ей был свист серпа и гортанный выкрик некротического заклинания, но гибкая фигура уже исчезла, уносясь к потолку стаей летучих мышей. Удар от другого вампира рукоятью клинка обрушился на затылок развернувшейся женщины и бросил некромантку на пол.
Теряя сознание, она упала, и прежде, чем взгляд окончательно померк, почувствовала ещё один удар.
Проходящий в пятнадцати шагах патруль был безучастен к произошедшему. Воинов околдовали и отвели им глаза. Они прошли мимо потерявшей сознание некромантки и затаскивающих её в чертог вампиров так, будто ничего не случилось.
Посланников из клана Багрового сада было трое. Каждый прожил больше века и испил кровь множества смертных. Одна из них, та самая кого в своё время лишил конечностей сам Морран, возглавляла отряд по поручению принцессы крови Линиамат.
Белокурая вампирша пряталась за кожаными одеждами и маской. Глубокий капюшон не позволял стороннему наблюдателю узнать её, а обтягивающие одежды скрывали всё, кроме атлетичной и соблазнительной фигуры.
С помощью волшебного куба один из вампиров деактивировал установленную на вратах ловушку и отряд внёс бесчувственную колдунью под своды её чертога. Врата были закрыты, и представители нежити остались один на один со своей жертвой.
Колдунью раздели и привязали к креслу после чего насильно влили в горло эликсир, лишающий всяких способностей. Приводила её в чувство лично Анни, дочь Багрового сада, посланница Линиамат.
Несколько звонких оплеух закончились словами:
— Я слышу, как бьются ваши сердца и дрожат веки. Нас не обмануть притворством. Раскрой глаза.
Но некромантка не была дурой:
— Мои глаза нужны тебе для твоего колдовства упыритца?
Анни улыбнулась:
— Не всякая магия требует взгляда. Ты расскажешь нам всё, что мы хотим узнать, иначе… я заставлю тебя вживую увидеть, как будет взрезан твой живот и извлечён плод. Затем мы обратим его и он пожрёт тебя заживо, обречённый на судьбу кладбищенского людоеда. Не вампира и не человека. Низведённого до животного состояния и застрявшего в ущербном теле. Ты будешь рассказывать всё о чём мы тебя попросим только из надежды, что это дарует тебе быструю смерть.
Серриса расхохоталась, её было непросто напугать:
— А просто спросить не пробовала?
Анни была спокойна и теперь взирала на некромантку без тени эмоций:
— Мы уже спросили у твоего любовника. Но он ничего не знал о происходящем.
Что-то холодное и влажное опустилось на бёдра и пах колдуньи, и та вздрогнула. Раскрыв глаза, она увидела лежащую между её ног голову. Шадарат взирал куда-то мимо неё двумя мёртвыми, затянутыми белёсым бельмом глазами.