— Ну, как? — хрипло поинтересовался Левин, когда Вилигут закончил свои неуклюжие телодвижения.
— Ему стало хуже, Руди… — глухо отозвался колдун. — Он умрет со дня на день… И я ничего не могу с этим поделать…
— Значит, твой препарат, Руди, не является панацеей от всех болезней? — раздался знакомый голос за спинами коллег-оккультистов. Никто из них не заметил, как в палату вошел Генрих Гиммлер.
— Хайль Гитлер, герр рейхсфюрер! — первым среагировал на появление шефа СС профессор Левин.
— Гутен таг, герр… — устало произнёс старый генерал, но был перебит Гиммлером.
— Хватит официоза, камрады! — Отчего Гиммлер решил сменить гнев на милость было непонятно, но настроение у второго лица Третьего рейха было отменное. — Признаюсь — я погорячился! И вашей вины в случившемся нет.
Услышав эти слова, Левин незаметно выдохнул — короткая опала, кажется закончилась. Теперь бы еще понять, чего на этот раз от них хочет всесильный шеф СС? Но чего бы он ни хотел, Рудольф готов был вывернуться наизнанку, чтобы дать ему желаемое.
— Да, Генрих, — ответил старик на первый вопрос Гиммлера, — «искра» не панацея от всех болезней. К тому же Волли не болен — он умирает… Если бы он был одарённым — был бы ещё шанс, а так… — И Карл удручённо взмахнул рукой.
— А твоя целительская магия? — не отступал рейхсфюрер. — Ты же сумел вырастить глаз Руди? Ну-ка, покажи его мне, дружище! — попросил Рудольфа Гиммлер.
Левин быстро сдвинул на лоб повязку, закрывающую когда-то выколотый глаз. Если еще несколько недель назад он напоминал сморщенный мутный шарик, «болтающийся» где-то на дне глазницы, то теперь выращенный с помощью магии глаз, выглядел настоящим органом зрения. Только белок был еще кое-где залит кровью, да радужка была едва видна. Но то, что это глаз — сомнений не было.
— Так как, Карл? — спросил Гиммлер.
— Мозг Волли пострадал слишком сильно, — ответил старик. — Моя магия не справляется… Вернее, она действует, но слишком медленно. Мой мальчик умрет быстрее…
— Неужели нет никакого способа его спасти, Карл? Не поверю, что в твоих древних книгах нет ответа на этот вопрос? Или всё-таки есть, дружище? — надавил на старика рейхсфюрер СС, заметив, как изменился в лице Виллигут.
Его интерес не был праздным, поскольку с пропажей русского профессора воспроизвести его чудо-машину мог только один человек — Волли Хорст. Ведь у него уже почти всё получилось, когда стьарй колдун сумел добыть из памяти Трефилова часть недостающей информации.
И тут вдруг такое несчастье. Вот почему так взбесился Гиммлер. Производстьво ведьмаков для рейха — пусть бы черт его побрал! А вот то, что машина русского ученого могла гарантировать рейхсфюреру СС практически бесконечную жизнь… А он очень хотел жить! И, желательно, как можно дольше! А по возможности — вечно.