Голос уходил и Глобального тут же окружали райские девы. Они устраивали вокруг него пляски, показывали тити с розовыми сосками, сиськи, на которых можно дольше задерживать взгляд, и даже откровенные дойки. Но все разом убегали, едва рядом начинал звучать ещё один голос. Тише, ниже, проникновеннее.
Как у человека, которому не всё равно.
— Боренька, до чего же ты себя довёл? — это был голос Наташки. — Разве можно столько работать? А отдыхать когда? Переносить на ногах простуду с тяжёлой двусторонней пневмонией лёгких ещё уметь надо. Когда ты успел так простудиться? Ох, не доглядела я за тобой. Прости меня, милый. Но ничего, в себя придёшь и всё по новой начнём… Тут папка Ромкин появился, представляешь? Он мне и сказал, что с тобой приключилось. Они при первой встрече чуть не подрались. Но думаю, со временем помирятся. Папка же… Как можно папу не любить?
Пока в безразмерном мире со всех сторон эхо доносило от гор до моря и от облаков до полей словосочетание «папка же», её голос удалился.
Гурии со стажем, безлимитные стриптизёрши, а порой и эльфийские тысячелетние девственницы тут же вылезали из кустов в чащобах, пещер глубоких и даже выныривали из недр океана с плавниками на загривках и снова окружали Бориса.
Бояться их не стоило. Они делали ему массаж, трогали за всякое, хихикали или сладко пели на ухо нечто незамысловатое, вроде:
Боря, с нами не шути.
Член большой свой покажи.
Ты его не укрывай.
С нами можно сразу в рай.
Хихикали и снова убегали девы, едва рядом раздавался новый женский голос:
— Борис, вы право меня удивили, — доносилось уже от Дарьи.
Вроде на дистанции, а вроде так же проникновенно говорит. Словно человек разделяет что на публику, а потом оглядывается на окружающую обстановку и когда убеждается, что никого нет, становится более откровенным.
— Признаться, я хотела сюрприз сделать. Вы же меня обедом угостили. И я ждала вас на тайский ужин. Натащила в кабинет вкусняшек с ресторана. На стол взобралась, лампочку выкрутила и свечи на столе приготовила. Невзначай, вроде как… А вы не пришли. Нет, я понимаю, у вас уважительная причина. Упали в обморок в автомобиле, пытаясь поскорее сделать мне работу. Кстати, с тем микроавтобусом ничего страшного не произошло. Стоит у спортзала. Ребята разгрузили трубы, сложили в углу, ключ в кабинете моём хранится. За эти мелочи не переживайте. И, знаете, что? Я ценю, конечно, ваше рвение к работе. Переработали, чтобы закончить всё за один день. Но себя беречь надо! Все эти коробки, ящики и материал могли и до следующего дня подождать. Кто же работает при температуре под 42 градуса по Цельсию? Внутренней.