— Хорошо, не буду, — согласилась девушка. — Группа — это как-то поинтереснее. Новые горизонты. Когда вселенная говорит сменить хуй на микрофон — это новая ступенька в развитии, да?
— Да! — добавил Боря, стуча зубами как стенографистка пальцами по пишущей машинке. — Тогда на неделе устрою тебе встречу с ребятами. Слушанье пройдёшь, с продюсером познакомлю, всё такое.
— Хорошо, Боря, — светилась счастьем девушка так, что даже через телефон ощутимо.
Отключив связь, сантехник посмотрел между ног. Если и уменьшились, то незначительно. Зато стали пупырчатые, в мурашках и с волосами восставшими как иная шерсть. А ещё покрашены в синеву.
«Скорее, тонус поймали», — заметил и внутренний голос: «На пасху можно оставить биться».
Накинув полотенце на плечи, Боря на скамейку присел и задумался. Вот что делать? В больницу ехать?
«Наверняка есть на латыни такой диагноз как ‘карликус ударятус по тестикуламс», — откровенно тролил его внутренний голос. И следом перешёл на детский голос: «Маливанский разгоняется раз… Маливанский разгоняется два… Маливанский разгоняется три… Боря по яйцам опять получи!»
* * *
Если Боря при воспоминании о Григории поморщился, то сам Маливанский в это время активно дул в трубочку. Проверяющий сверился с показателем на дисплее, а там одна надпись «труп». Словом вместо цифр.
— Бобра драть в дупле! — первым возмутился сам карлик. — Я что тебе, труп? Ты в своём уме?
Вишенка только поморщился показателю и кивнул головой лаборанту. Это означало команду «брать кровь».
— Я не буду сдавать кровь! — возмутился Маливанский текущему положению дел. — Я и так не ел сегодня ещё! А дело к вечеру. Последнее заберёте.
— Конечно, не ел, — вставил комментарий проверяющий. — Он бы здесь с такими показателями всё коржами уже заметал.
— Бери! — рявкнул Вишенка, от чего Григорий присмирел.
И лаборант решительно впился иглой в кожу, после чего удалился в соседнее помещение с парой доверху набранных колбочек.
Вернулся он с бутылкой водки в одной руке и пластиковой пробиркой в другой. Решительно поставив на стол стакан, извлечённый из недр стола, плеснул немного. А затем рядом пробу крови уложил и всё разъяснил.
— Этот образец и этот образец фактически… идентичны.
— Как это? — не понял Вишенка, то на водку в стакане поглядывая, то на чудом не свернувшуюся кровь.
— А вот так! — повысил голос лаборант и давление начал карлику замерять. Затем в глаза светить фонариком, реакцию проверять и слушать эндоскопом до кучи. А в процесс снова объяснил. — В его алкоголе крови практически не обнаружено. По идее он должен быть в коме.