— Так и должно быть, — улыбнулся сантехник, размазывая рыжее пятно по пальцам.
Приятно делать людям добро. И не в Вике уже дело, и не в Володе. А так, в принципе. И коньяк в нём говорит или душа шепчет, не важно уже. Добро в мелочах. Покой в дом. Что ещё нужно?
Следом сантехник проверил раковину и почистил слив. Тот хоть и был с измельчителем мусора, но давно покрылся чернотой и таким слоем жира, от которых трубы даже кислота бы не спасала.
Лариса Борисовна, что теперь на кухне от него ни на шаг не отходила. И подозрительно долго на зад пялилась, пока под раковиной в коленах стоял, даже голосом потеплела. Уже не Володя с тряпкой, а она рядом суету и порядок наводила, пока он с хаосом в системе слива боролся.
Работы оказалось не мало, но и не так уж и много. И в какой-то момент прозвучало следующее от хозяйки:
— Боря, спасибо за воду и тепло. Я и не думала, что раковина может так быстро воду сливать. Короче, проси, что хочешь. И вообще чувствуй себя как дома. Сейчас сервируем стол, блюда почти готовы. Скоро усядемся. Может, пока помоешься с дороги?
— Было бы неплохо, — потёр рукавом нос сантехник, так как сколько руки не мой, а всё равно пахли болотными чудовищами.
И только горячий душ спасёт положение, когда вехоткой и губкой как следует за кожу возьмётся. И всё-все под ногтями вычистит и под кутикулами.
Если массажист избавлялся от кутикул для работы с кожей клиенток, то сантехник вычищал их порой вместе с пензой и прочими скрабами, если такие попадались под руку.
«Всё-таки в гостях», — наставлял внутренний голос: «И выглядеть надо соответствующе. А на парня с большими не стриженными ногтями будут смотреть как на сельского увальня, что коровам хвосты крутит».
— Ви-и-ик, дай ему полотенца, — стараясь не смотреть на сильные руки мужчины, который вдруг пришёл и всё исправил и теперь так тщательно пальцы перед ней в раковине моет, что сексуальные образы сами в голове лезут. Никакой эротики смотреть не надо.
— И постели в гостевой комнате, — немного осипшим голосом добавила Лариса Борисовна, ощущая, как невольно поднялась температура.
Тело желало мужчины. Длительная выдержка дала трещину. А теперь наглый самец ворвался в её личное пространство и пахнет потом. Таким мужским, рабочим, с примесью тестостерона и чего-то особенного, чем бы сейчас дышала и дышала.
— Сделаю, босс, — пришла на кухню блондинка, перестав уделять внимание лишь Володе. Извозился весь в грязи, в ржавчине весь какой-то, тощий, уставший, качается. Такого хотелось отмыть, укутать в плед и усадив у камина, кормить с ложечки. Там не до тестостерона совсем. Лучше убаюкать и помолчать на пару.