Следуя семейным заветам и пути предков, до двадцати лет Зоя училась как следует. Никаких тебе мальчиков, прогулок с подругами, походов с друзьями. Папа говорил, что они все только отвлекают от дипломов и профессии. Всё — тлен и суета. А чтобы слишком не выделялась своей женственностью — причёску покороче просил у парикмахера для неё, «под мальчика». И всех всё устраивало, а мнение самой Зои никого не интересовало.
— Вот будешь с дипломом — тогда и делай, что хочешь, — говорила ей уже мама и дочь лишь кивала в ответ.
И не было у неё ни мальчика, ни большой крепкой любви, ни романтических отношений. Не делали ей комплиментов за худобу. А на причёски вообще не обращали внимания.
Ситуация могла исправиться после получения диплома, когда на горизонте появился поклонник, который оценил её короткую причёску и не обращал внимания на неброскую одежду. Он даже словно не замечал отсутствие косметики, которую придумал сам сатана, как уверяла уже бабушка.
Но едва Зоя рассказала о нём в темном семейном кругу, куда уже собиралась привести знакомиться молодого человека, как случилось неожиданное. Родители вдруг сменили парадигму и взяли ей однокомнатную квартиру к себе поближе.
Теперь они постоянно контролировали каждый её шаг и твердили уже следующее:
— Зоя, слушай внимательно. Вот будет у тебя стабильная, хорошо оплачиваемая работа и уважение в коллективе, а дальше делай что хочешь. Уважение в обществе прицепом пойдёт. Все парни твои будут. А этот что? Ни кожи, ни рожи. Где квартира? Машина где? А это что он тебе дарит? Цветы? А куда их потом деть? Ты что — клумба? Вот дарил бы золото и бриллианты, совсем другое дело.
Не складывался диалог у родителей с парнем-студентом, который и сам видел золото только на витрине ювелирного магазина. Зоя уже готова была собрать вещи и рвануть с ним на край света, но избранник вдруг сдался. Отступил и пропал, отказываясь от встречи под разными предлогами.
Зоя вздохнула, погоревала немного, но вскоре пришла к выводу, что Похлёбкины плохого своим не посоветуют. Работа, так работа. Тогда по завету родителей двадцатилетняя девственница с дипломом бухгалтера подмышкой переключилась на освоение профессии.
Никаких тебе походов в магазины за платьями, брендовых телефонов-планшетов, поездок на курорты и глупостей с парнями, которые то курят, то пьют, то не курят и не пьют, а такого не бывает. А ещё они не состоят в партии. Или состоят, но не в той. То верующие, но не в то. То не верующие вовсе. А некоторые даже (уму не постижимо), верят в себя!
— А как так можно? — возмущалась бабушка. — Могла бы и получше найти!