— Мы совершали облёт… — начал всадник с дежурной фразы. — И неподалёку от Раскола обнаружили нечто странное в ущелье. Сначала не поняли, снизились — и тогда стало ясно, что это дракон.
— Ещё один? В горах их живёт немало, — я пожал плечами.
В появлении здесь драконов нет ничего удивительного. Они так или иначе будут проявлять любопытство к новым соседям. Лишь бы не нападали, как вчерашняя дамочка.
— Это необычный дракон! — пылко заверил меня Шейн и даже подошёл чуть ближе. — Это как будто смесь падшего и дракона, понимаете? Формой он похож на дракона, но цвет чешуи, кожа, крылья — как у лиднеров. Поэтому мы и не поняли сначала.
Лиднеры — летающие падшие — считались одними из самых опасных порождений Раскола. Они были более проворными и могли напасть сверху. Ещё огромные подземные черви вормы на их фоне выглядели не такими устрашающими. Спасало одно — они были чаще всего гораздо мельче драконов. И если появился такой же крупный — это уже проблема.
— Он живой? — я встал, заинтересовавшись.
— Кажется, да. Но мы не стали подлетать слишком близко. Решили, что лучше взглянуть вам. Остальные остались наблюдать за ним, а я полетел в гарнизон.
Что ж, вполне мудрое решение. Кто знает, что представляет из себя подобная помесь, если это действительно она. Может, это существо — просто нежизнеспособная шутка Раскола, он «выплюнул» её и оставил растворяться на солнце.
— Тогда показывайте, где он, — по пути я снял со спинки стула свой мундир и на ходу его надел. Зачем? Привычка, хоть при обороте лишняя одежда мне скорее мешала.
Шейн повёл меня над лесом через зубцы гор к тому месту, где и должен был лежать тот странный дракон. Но ещё на подлёте он замедлился, будто почувствовал, что там что-то не так. К слову, в небе не было ни одного из его соратников. Пусто.
Но стоило нам только приблизиться, они медленно начали подниматься в воздух из ближайшей лесной чащи. Каменным драконам легко спрятаться в листве, если позволяет густота деревьев — вот только от кого они прятались? И одного взгляда на них мне хватило, чтобы понять, что и сами драконы, и всадники немало потрёпаны.
— Он проснулся! — сразу доложил один, то и дело трогая поцарапанную скулу.
В его мундире виднелось несколько прорех, а из сумки на боку дракона торчал сунутый туда огромный серый шип — видимо, взяли для исследования.
— Проснулся и напал! — добавил второй. — Еле отбились. Он ещё стреляет такими вот штуками! Кажется, они ядовиты, но не слишком. Только кожу жжёт.
Выглядел он слегка хуже своего товарища — его рука, куда как раз и попал шип, распухла — её срочно следовало обработать противоядием. Глаз заплыл из-за ещё одной царапины под ним. Реакция гораздо острее, чем у его напарника. И только Шейну повезло, что он полетел за мной.