— Предпочитаю конструктивную критику, — улыбнулся в ответ я, — А еще — открыт к предложениям!
— Пошёл к черту. Просто… пошёл к черту.
Капитуляция. Что тут скажешь? Если ты заблудился ночью в городе и не видишь выхода… подожги город. Это лучше, чем топтаться на месте. Конечно, если у тебя есть цель, достойная этого. Иначе нельзя.
Моя идея, как оказалось, была слишком легкой для Алебастра, слишком простой. Пара изменений в отчетах, непроверенный слух, оказавшийся на столе Кси Тинг, триста баксов за старенькую шину Alpha Romeo 75 «Alfetta», любимую модель Ягненка, девяносто второго года выпуска, одна недолгая поездка, чтобы оставить следы протектора в нужных местах и… всё. Никаких серьезных доказательств, никаких писем признания, вброшенных тайком Триадам, ничего более.
Мы осуществили это в тот же день, а вечером, притащив Армэна Ди Вайна в гости на вторую базу, принялись ему вкручивать мозги на место. Это оказалось куда сложнее, чем организовать подставу для итальянцев, но нам помог крепкий алкоголь, факты и угрозы. Частично. То есть, относительного успеха мы добились, но затем подвыпившая Эрика прогнала нас, сама оставшись с Незнакомкой, так что пришлось идти втроем в «Жирный кусок». Там откровенно желающий забыть этот день Гритт перебрал, сцепившись с парой не менее пьяных мексиканцев, успешно набил им морды, а затем, видимо, чтобы утвердить своё превосходство, еще и облевал, талантливо зацепив обоих поверженных. Уходили оттуда стыдливо, но под аплодисменты.
Ди Вайн с трудом воспринял реальность, в которой плод его трудов давно уже был определен в чужие руки. Он понимал, что покровительство итальянской мафии, благодаря которому он вообще до сих пор еще жив, было выдано не просто так, но отказывался думать о последствиях. Мы его заставили. Это благотворно сказалось на рассудительности старика. Это была победа и она стоила тоста.
— Я веду… расследование! — важно сказал наполовину несомый мной домой командир, — Особенное!
— Мда? — поддержал разговор я, продолжая тащить драчливую блондинистую пьянь домой, — И какое?
— Ск-жи, ты… воронов видишь? — внезапно удивил он меня, — С-своих к-куриц в черном? Ик!
— Не вижу, — честно пошарив взглядом по сторонам, заметил я, — Нету их.
— В-вот именно! — умудрился почти поднять указательный палец лидер, — Нету!
Его сбивчивый, но удивительно связный монолог оказался для меня откровением. Оказывается, Гритт подозревал птиц, постоянно появляющихся возле меня, в нехорошем. Не сказать, что они работали как предвестники беды, нет, но, в его теории, имеющей, кстати, полное право на существование, эти птицы, одна или две, появлялись, когда вокруг могло произойти что-нибудь интересное, важное. Днем, когда мы накатывали купленной шиной улики, вороны шарахались неподалеку, даже каркали, а вот сейчас их нет…