Лязг над головой и глухие мужские ругательства заставили меня тихо улыбнуться, аккуратно ссаживая Юки на пол. Освободившись, я приготовился, чувствуя дуновение сквозняка от распахнувшегося люка и наблюдая отсветы фонарика, заплясавшие по стенам.
Сейчас мы получим и оружие, и транспорт, чтобы его вывезти.
Мораль: никогда не доверяйте преступникам, даже если они «очень уважаемые люди» и ведут с вами дела многие годы.
Ни-ког-да.
Без тормозов
Сидя в кресле, я свыкался с мыслью о том, что все члены отряда — убиты. Признать это было несложно, их тела лежали передо мной, в номере отеля. Неподвижные, в скрюченных позах, с не прослеживающимся дыханием. Картина, к которой я… был готов. Давно, с самого утра. Ложился спать готовым.
Нужно было провести контрольные.
— Я, как командир, не могу предъявить ни малейших претензий к поведению Юки, — сдержанный, очень деловитый, тон почти получился, — Никаких. Абсолютно. Она вела себя безукоризненно ровно до момента, пока я сам, находясь в трезвом рассудке, не скомандовал конец операции…
Тело Эрики Хатсбург дёрнуло ногой, глухо застонав в подушку. Труп Мария, лежащий на спине, захрипел. Его синеватое лицо, скорченное в предсмертной гримасе, исказилось еще сильнее, пока мертвый организм пытался выдавить остатки воздуха из легких. Останки Широсаки Юки лежали на другой кровати абсолютно неподвижно, правда, под одеялом.
— Ну и… мне пришлось взять на себя ответственность за принятые ранее решения. Всё-таки угрозы были довольно серьезными. Мы же на Востоке. Здесь внимание к женской заднице, одетой в белое белье, намного острее, чем к просто голой заднице! У меня не было выбора!
Дикий хохот не позволил мне продолжить. Эрика и Марий ржали как буйнопомешанные, лягая воздух ногами и делая судорожные вдохи. Комок одеяла, под которым находилась некая кицуне, слегка дрожал и дёргался от моих слов, но не проявлял большой активности. Я же продолжал издеваться над присутствующими, изнемогающими от неконтролируемого смеха. Правда, пришлось перейти на юкосодержащую кровать, чтобы проверить, в какой стадии умирания находится лиса-оборотень.
Ситуация, на самом деле, была смех и грех. Действительно, вчерашняя операция прошла прекрасно. Нейтрализовав местного торговца оружием, я получил доступ как к его арсеналу, так и к квартире. В последней содержался сейф, на который я махнул рукой, но еще и две пары ключей, к довольно современному «форду» и к потрепанному жизнью серому фургончику, стоящими во дворе. Фургон и был нам нужен, чтобы увезти всё, что могло потребоваться.