— Нет. Мы сначала разведаем местность. С её помощью, — ткнул я пальцем в удивленно выпучившую глаза Юки, — Хорошо испачканная лиса мало чем будет отличаться от бродячей собаки.
— А если её всё-таки опознают?
— И что? Недотрога, там альв. Его можно спутать с человеком или с негром, но только при очень большом желании. Мы убьем всех, кто там будет.
///
Юки очень хотела помочь.
Юки отчаянно желала стать полноценной частью команды.
Юки впервые в жизни чувствовала, что она — не чужая.
Она, несмотря на возбуждение и страх, была настроена очень решительно. Полностью уверенная в своих силах, прекрасно знающая, что выглядит совсем не грозно, а значит, даже в самом худшем случае, по ней выстрелит только совсем уж плохой человек, кицуне была готова осуществить свою высокую разведывательную миссию. Когда Марий завёл машину в придорожные кусты, сделав так, что та с дороги оказалась полностью не видна, Широсаки, отойдя еще глубже в заросли, разделась, даже без всякой мысли, что парни будут за ней подглядывать!
Она в них верила! Нет, не так, она была в них уверена! Даже в ворчливой, но всё-таки доброй Эрике! Пусть худенькая японка пока и не умеет делать все эти военные штуки, а отдача от выстрела даже из пистолета её шатает, девушка всё равно выполнит свою задачу! Высмотрит и вынюхает всё там, где остановились похитители таинственного Алебастра!
Так она думала, но реальность подготовила для бедняжки сущий кошмар с самого начала. Когда Юки, держа в зубах свои вещи, вернулась к машине, сидящий на корточках возле открытой канистры Пётр поманил её к себе рукой, улыбаясь. Большая белая лисица доверчиво подошла к своему первому в этой жизни другу, учителю и защитнику…
А затем, раскрыв пасть и вытаращив глаза, принялась очень горько об этом жалеть!!!
Огромный красивый парень (а в обличии лисы — и вовсе гигант!) схватил её одной рукой за загривок, а второй принялся…
ТРОГАТЬ! ТРОГАТЬ! ТРОГАТЬ!!!
ВЕЗДЕ! ВЕЗДЕ! ВЕЗДЕ!!!
Петр мазал её грязью быстро, энергично и старательно, бурча себе под нос что-то деловито-одобрительное, а обмершая, замершая и частично умершая Юки стояла, выпучившись и разинув пасть, как какое-то чучело, с остекленевшими глазами. Когда её состояние заметила Эрика (далеко не сразу!) — то стало еще хуже, потому что брюнетка, спрятавшаяся от солнца в густой тени соседнего дерева, принялась давиться от смеха! А следом за ней даже Марий!
Широсаки Юки, стоя на подкашивающихся лапах, прощалась со своей честью и невинностью в очень опытных, старательных, даже можно сказать, что любящих (!) руках! Но прилюдно!! У всех на глазах! Это был кошмар!!!