Имаген от этой новости слегка поморщился и даже потянулся за фляжкой. С одной стороны, Корнелия ему нравилась (необходимо в этом признаться хотя бы себе), и ее трудности находили сочувствие в душе сыщика. Но с другой — он ведь сам в Терсусе предлагал использовать беглого настройщика манонасосов, в качестве одного из доводов называя необходимость разобраться, как тот умудряется так быстро потрошить незнакомые плетения и создает новые. С ним согласились, однако всю доступную информацию не предоставили и вообще поручили заниматься этим вопросом другому человеку. Подобное отношение можно было трактовать по-разному, но все равно на душе стало как-то неприятно.
Тристис уже почти жалел, что присоветовал взять старика в оборот, потому что возможностей устанавливать свои правила игры не наблюдалось. То, что кордосцы могли ему посулить в качестве приманки, его вряд ли заинтересует. Но тогда и никакого сотрудничества быть не может.
Корнелия озвучила версию, что, наоборот, Толлеус при встрече будет диктовать определенные условия для… Для чего? Чего-то, ведь совершенно ясно, что он ждет не дождется, когда власти империи искусников обратят на него свое внимание. И это было даже интересно.
Имаген имел свое мнение на этот счет. Нет, девушка рассуждает здраво, но лично он предполагал наличие какого-то третьего игрока, представителем которого был Никос и который имел определенное влияние даже на «Недремлющее Око». Однако не спешил ни с кем делиться этими мыслями.
В общем, оставалось резюмировать, что откладывать встречу далее нет смысла, — все прояснится лишь при очной беседе, причем игра будет вестись по чужим правилам.
Толлеус. Зов Родины
Старик, погруженный в мир Искусства, подскочил от неожиданности, когда плетение для защиты от посторонних, установленное по внешнему периметру замка, а точнее, по его наружной стене, подало сигнал о вторжении и исчезло.
Все еще пребывая в расчетах, Толлеус затряс головой — ситуация требовала ясности. Для Оболиуса еще слишком рано, а больше некому испортить защитный контур.
Если бы кордосец сидел в своей спальне, он сразу стал бы оперировать плетениями: сперва починил разрушенное, потом запустил бы что-нибудь для проверки. Но как раз сегодня он устроился на давно облюбованном балконе, куда затащил наконец кресло. Поэтому проще оказалось приподнять веки, чуть наклониться и посмотреть на ворота.
Там — старик не поверил своим глазам — красовался дорогой экипаж с гербом Кордоса. Сердце тревожно сжалось, но в этот раз решило не выкидывать фортели — вмешательство жилета не понадобилось. Тем не менее ситуация была пугающая. Да что там — жуткая!