Стало совсем скучно, и парень задумался над дилеммой: подремать или же сложить костерок и разогреть обед или ужин (что-то подсказывало, что и то и другое в своем обычном порядке сегодня вряд ли будет, и холодное жевать не хотелось, если можно сделать горячее). Выбор пал в пользу второго. Только требовалось разжиться дровами.
Поле, конечно, не лес, но кустов хватало, некоторые ямы заросли ими так, что и не подлезешь. Пускай ветки тонкие, но большое пламя и не нужно.
Вооружившись топором, Оболиус отправился воевать с зелеными зарослями.
Толлеус. Урок
Искусник, точно рыбак, тщательно тралил землю на многие лиги вокруг. Пускай сам он не смог бы дотянуться так далеко, как запускал сеть, пускай не видел территории, где искал артефакты, — главное, нити дотягивались и позволяли управлять плетением. Теоретически он смог бы таким образом добраться хоть до даймонских берегов, дай только время и ману, да чтобы никто случайно или по злому умыслу не порвал нити.
На практике так далеко забираться не требовалось. Сейчас старик прилежно исследовал квадрат со стороной десять лиг, засев в его центре. В эту зону попадает и река и город, но ничего страшного. Хотя, конечно, в городе лучше не искать: у кого-то может оказаться искусный амулет, который даст ложный сигнал. Или же какая-нибудь древность обнаружится под чьим-нибудь домом, и будет до слез обидно — вот она, а не достать.
Надо сказать, что один раз Толлеус уже ошибся. Почти сразу он что-то нащупал, но это «что-то» оказалось его искусным загоном для мохнаток. Горечь разочарования больно резанула, пригасив радостное предвкушение.
Сигнальная нить, безжизненно висевшая до поры, внезапно завибрировала и засветилась.
«Неужели?..» — Признаться, искусник надеялся, но особо не верил. По крайней мере, не в первые же часы. Но нет, все верно: вот сигнал, и этот сигнал не из города. Причем, надо сказать, очень мощный сигнал!
Толлеус водил своей сетью в месте находки и не знал, радоваться или грустить: это явно не амулетик, который можно сунуть в карман, а что-то гораздо крупнее. И сейчас старик боялся, что не сможет это увезти с собой. А ведь о таком он даже не задумывался, когда планировал поискать артефакты. Что тогда делать, если это окажется правдой? Искусник знал одно — бросить сокровище он не сможет.
Впрочем, сперва требовалось добраться до находки и оценить ее не на ощупь, через плетение, а другими средствами.
Отметив искусной меткой место, старик открыл глаза. Оболиус колдовал над костром, повторно обжаривая кусочки окорока, насаженные на палку. Толлеус решил не торопиться и перекусить: пусть уляжется дрожь в руках, пусть в желудке окажется пища; с такими делами можно запросто забыть поесть, а дряхлое тело подобное пренебрежение не любит. Пролежал артефакт в земле тысячи лет и еще часик полежит, ничего с ним не случится.