Его слова прозвучали ровно, почти отстранённо. Казалось, он не просто излагал факты, а проживал произошедшее заново. Я задумался.
— По-настоящему управлять демоном может либо другой демон, либо супрессор, — бросил я, когда в его речи образовалась пауза. — Так что ничего удивительного.
Наумов едва заметно кивнул.
— Когда выяснилось наличие тайного кукловода, стала известна и их примерная мотивация, и спонсоры-союзники… Это многое изменило для меня, господа, — его голос прозвучал глухо, будто он до сих пор не мог до конца осознать неожиданно открывшуюся правду.
Я почувствовал, как во мне закипает злость.
— То есть, когда этот ублюдок открывал порталы по всей Москве, откуда в наш мир рвались сотни кровожадных тварей, без разбору убивающих мирных людей, никакого «осознания» к тебе не приходило? А когда ты узнал, что не главный на этом мятежном корабле, вдруг резко одумался и стал хорошим? — злобно бросил я, одновременно вспоминая сколько убытка и бессмысленных смертей причинили эти действия в столице.
Наумов снова посмотрел прямо мне в глаза. В его взгляде не было ни страха, ни агрессии — только лёгкая усталость и разочарование.
— Признаюсь, это был уже тот момент, когда казалось невозможным остановиться и отступить. Всё или ничего! Я шёл ва-банк, и глупо это скрывать. Впрочем, хорошеньким себя выставлять тоже не пытаюсь — то, что мятеж, каким бы ни был его результат, будет сопряжён с большим количеством жертв со всех сторон, мне было отчётливо понятно изначально. Эпохи перемен не проходят иначе, — он отвёл взгляд в сторону окна. — Но если говорить о целях, то моя была — изменить политический строй в нашем государстве. Дать людям другой, равный для всех мир… — в его глазах будто промелькнули дорогие сердцу воспоминания. — Сделать страну лучше.
Слова Наумова вызвали молчание. Даже Романов выглядел задумчивым.
— Чего же хотят другие мятежники? — наконец нарушил тишину император.
Наумов усмехнулся, но в его улыбке не было веселья.
— Тёмным тварям плевать на страну, на народ и вообще на всех. Их цель — захватить этот мир для себя. А человечество — уничтожить или поработить. И начать демоны хотят именно с нашего государства.
Я сжал кулаки. Всё это… всё это мы и так подозревали, но услышанное подтверждение из уст самого Наумова воспринималось совсем по-другому.
— А что же остальные аристократы, выступающие на стороне мятежников? — задумчиво спросил Глеб Владимирович.
Наумов чуть заметно качнул головой.
— Часть находится под влиянием демонов, то есть, вероятно, одержимы. Другие просто считают, что тёмные нам помогают, прислуживают. Как, например, считал я сам, — он поймал наш скептический взгляд и добавил: — Я не ищу вашего понимания или прощения. Как и было сказано, степень своей ответственности осознаю. Как искупить свою вину перед государством, императору я предложил. Дальше выбор за вами, господа. Если согласны, то мне нужно, чтобы тёмный князь помог мне перенестись на английский остров.