В голосе княжича не чувствовалось напора, это был скорее исследовательский интерес и желание понять.
— Он будет оплачен тем, что в вашем кругу, господа, появится сильный и, возможно, лояльный союзник, вместо злого и плохого меня. Если, конечно, вы не посмеете использовать против него такие дешевые и жалкие манипуляции как сейчас, — под конец своей фразы опасно сверкнул взглядом Черногвардейцев. — Ещё вопросы?
Ответа не последовало. И после короткой паузы Олег Андреевич едва заметно качнул головой:
— Не имею.
Именно в этот момент двери в кабинет распахнулись, впуская обратно Глеба Владимировича.
— Условия приемлемые, — на ходу бросил цесаревич и, уверенно прошагав через центр кабинета, занял своё кресло.
Если не привык регулярно плавать, то какой бы ты ни был выносливый в обычной жизни, вода достаточно быстро заберёт большую часть твоих сил. Невозможно передать словами, насколько изнуряющим становится даже самый, казалось бы, размеренный заплыв, если у тебя нет опыта долгих дистанций. В какой-то момент ты перестаёшь думать о цели, направлении или результате, и всё внимание уходит только на то, чтобы просто не пойти ко дну.
Да, я, наверное, далеко не лучший пловец… Быть может, будь я «воднюком», как я любил называть с детства одарённых водной стихией, то дался бы мне этот заплыв кратно легче, но увы. Вместо этого — бесконечная морская гладь, никакого берега, насколько простирался взор, и только я, беспомощный, но настойчивый в своей решимости плыть неизвестно куда и неизвестно зачем.
Как ни странно, держаться на воде, переворачиваясь на спину, выходило у меня куда лучше. В этой позе я словно сливался с поверхностью, давая организму шанс хоть как-то восстановиться. Собственно, этим и спасался: грёб, уставал, отдыхал, опять грёб. Такой монотонный, выматывающий ритм был моим единственным здесь занятием.
Сколько это продолжалось? Не могу сказать. Через пару дней мой мозг уже перестал нормально воспринимать окружающую «реальность». Пространство расплывалось перед глазами, ощущение хода времени исчезло, а тело словно стало чужим — оно просто функционировало без моего участия. Я перестал следить за обстановкой вокруг, считать проходящие сутки, отслеживать силу волн. Всё происходило как будто бы во сне. Причём, я изначально и стремился к этому состоянию — хотел просто забыться, чтобы даже не помышлять о пути назад.
Хотя… «назад» — это куда? Сейчас куда ни глянь — везде чистый горизонт, тускло отсвечивающий под светом небесного светила. Ни захудалого скального островка, ни паруса корабля, ни крика птиц или всплеска плавников. Только тихие переливы воды и безразличное небо над головой.