— Скорее, Макс Са, — в самое ухо проорал Бер, практически таща меня на себе. Двадцать, десять метров и мы ввались в жесткие кусты: миллионы антилоп проносились рядом, некоторые попадали в заросли и ломали кусты, но основная масса обтекала наша убежище. Пыль, поднятая животными, ограничивала видимость на расстояние двух метров. Слева и справа от себя я физически чувствовал людей, пытавшихся спастись в крошечном островке из жесткого кустарника. Гул стоял такой, что даже Бера я слышал с трудом.
Самое удивительное, что животных становилось больше — воздух был наполнен странным мычаньем, а земля буквально тряслась под ногами. Минуты шли за минутами, но поток животных шел непрерывный. Немного освоившись, попробовал рассмотреть антилоп через кусты: пыль делала силуэты смазанными. Несколько раз антилопы врезались в наш островок из кустов, одна даже застряла в метре от нас и жалобно то ли мычала, то ли блеяла. Из-за поднятой ими пыли во рту и носу першило, люди кашляли, стараясь не задохнуться.
Это сумасшествие продолжалось не менее часа: понемногу дрожь и гул стали стихать, но в воздухе по-прежнему висело марево из пыли, не давая оглядеться. Только сейчас почувствовал, как больно дышать: грудная клетка с правой стороны нестерпимо болела. Прикоснувшись рукой к ребрам, понял, что пара из них сломана. Хорошо если простой перелом, без перфорации легкого. Последний диагноз отмел — симптомов пневмоторакса не было, но каждый вдох отдавался мучительной болью.
Пыль понемногу начала рассеиваться — единичные отставшие антилопы следовали за стадом, уже не представляя опасности.
— Макс Са, тебе больно? — Бер заметил мои гримасы.
— Ребро или два сломаны, но без КТ точно не скажу, — попытался отшутиться, зайдясь в кашле. Лучше бы этого не делал — нестерпимая боль стала адской. Делая нечеловеческие усилия, постарался не кашлять.
— Бер, найди мне ткань, чтобы туго спеленать грудную клетку, — пока сын искал подходящий материал среди Русов, что успели с нами укрыться в кустарнике. Я насчитал девятнадцать человек вместе с собой и с сыном. Значит, восемь человек остались снаружи.
«Еще восемь трупов», — кольнуло сердце, такими темпами скоро нас вообще не останется. Спасшиеся с нами Русы приходили в себя от пережитого ужаса: нам не приходилось видеть такого ранее. Миллионы, если не десятки миллионов бородатых и рогатых антилоп, прошли живой рекой по Африке, направляясь с севера на юг.
— Макс Са, — Бер показывал шкуру и веревки.
— Пойдет, надо обернуть грудь шкурой и затянуть веревками, — после выполнения процедуры, почувствовал себя чуть лучше. Острая пульсирующая боль прошла, оставив нудную, но терпимую. Пыль практически рассеялась: троих окровавленных Русов, втоптанных в землю, я видел даже со своего места. Хромая антилопа замыкала процессию, отстав от основного стада.