Почему я вообще понадеялся на этот дар? Да убивать лишний раз не хочется, чего уж там. Не должны Охотники себе подобных убивать, разве только в самом крайнем случае.
Так что следующий час мы провели за беседой. Я напомнил Толтекатлу о достижениях современного мира, о том, что люди, на секундочку, спутники в космос запускают! Объяснил ему истинную природу жертвоприношений, что души жертв при этом развоплощаются, превращаются в чистую энергию. И куда она идёт? Даже если какому-то богу, что я вовсе не исключал, кстати, то что это за бог такой, который пожирает души?
Своими догадками со жрецом я предпочёл не делиться. Уж слишком это похоже на Неназываемого и ему подобных «божков» помельче. Это для Вселенной души бесценны, и развоплощение души — крайняя и крайне неприятная мера. А вот для всяких божественных ушлёпков они что нектар. Живут по принципу «после нас хоть трава не расти!»
По мере нашего разговора я видел, как меняется выражение лица Толтекатла. От страха и непонимания оно постепенно переходило к задумчивости, а затем к осознанию. К концу нашей беседы жрец выглядел потрясенным, но решительным.
— Я… я не могу больше этого делать, — произнес он. — Ты открыл мне глаза на многое. Не знаю, чего мне это будет стоить, но я поддержу Габи в её борьбе против использования разумных существ в жертвоприношениях!
— Это правильное решение, Толтекатл, — одобрительно кивнул я.
— Но я боюсь, что могу сойти с этого пути, — продолжил жрец. — Прошу тебя, забери с собой божественный артефакт!
Я мысленно хлопнул себя ладонью по лицу. Как я мог забыть? Предыдущая команда, подчинявшаяся Лагранжу, пролюбила этот артефакт в разломе, потому что не хотела таскаться с ним туда-сюда. Всё же под двести килограмм гранита — не шутки! Но мне-то не один ключ нужен! Тот артефакт заперт в разломе, и когда я до него смогу в следующий раз добраться — одному Кодексу ведомо.
Но чёрт, на чём я его попру-то? В багажник кабриолета он даже не войдёт, а если войдёт — это ведро с болтами развалится на том же месте!
— Хорошо, — я сделал вид, что нехотя согласился. — Я заберу артефакт. Но помни, что теперь ты сам отвечаешь за свои решения и поступки!
Переть кусок гранита на своём горбу, к счастью, не пришлось. Он оказался вполне цивилизованно упакован в деревянный ящик, набитый соломой, с поддоном снизу. Так что я спокойно вывез его рохлей. Тенями, но тем не менее.
А вот дальше задумался. Машину надо менять, это понятно. Ладно, рохля с артефактом пока постоят в тенях, в закуточке. Подумать, что делать с машиной, я успею по дороге.