— … и таким образом, джентльмены, — говорил он, откинувшись на спинку массивного кожаного кресла и поигрывая дорогой ручкой, — мы видим, что концентрация инвестиций в ключевых промышленных центрах даёт максимальную отдачу. Промышленный, Заречье, Северный — вот локомотивы нашей экономики. Вот города, которые приносят реальную прибыль в областной бюджет. А остальные… — он пренебрежительно махнул рукой, — … ну, остальные пусть довольствуются тем, что имеют. Нельзя же распылять ресурсы на всех подряд, это неэффективно. Рынок сам решит, кто выживет, а кто…
Он не закончил фразу, потому что в этот момент в кабинет через пустой дверной проём вошёл Калев Воронов. Спокойно, не торопясь, словно это был его собственный кабинет, а не чужой. За ним — Глеб. Потом — Степан Васильевич.
Громов замер на полуслове, уставившись на вошедших. Ручка выпала из его пальцев и со стуком упала на стол. Его лицо за секунду прошло через целый спектр эмоций: удивление, недоумение, возмущение, и, наконец, ярость.
Багровая, клокочущая ярость.
— Что… какого чёрта⁈ — взревел он, вскакивая с кресла так резко, что оно откатилось назад и ударилось о стену. — Кто вам разрешил⁈ Где охрана⁈ Где моя дверь⁈
Он ткнул толстым пальцем в сторону пустого проёма, где ещё несколько минут назад была массивная резная дверь.
Калев не ответил. Даже не посмотрел на губернатора.
Он просто прошёл дальше в кабинет, остановился перед огромной голографической картой области на стене и начал спокойно изучать её, словно Громова вообще не существовало.
Степан Васильевич и остальные мэры остановились в нескольких шагах от входа, не решаясь пройти дальше. Глеб занял позицию справа от Калева, скрестив руки на груди.
Громов побагровел ещё сильнее, вены на его шее вздулись, а голос стал хриплым от ярости:
— Воронов! Ты чёрт возьми посмел… ты осмелился ворваться в мой кабинет⁈ Ты понимаешь, что ты сделал⁈ Это нарушение закона! Это вторжение! Я вызову полицию! Тебя арестуют! Посадят!
Он схватился за интерком на столе, нажимая кнопку вызова охраны.
— Охрана! Немедленно в мой кабинет! Задержать нарушителей! Всех! Применить силу если нужно!
Ему ответил дрожащий, испуганный голос одного из охранников из приёмной:
— Господин губернатор… мы… мы не можем… там… дверь…
— Какого хрена «не можете»⁈ — заорал Громов. — Я приказываю! Немедленно!
Тишина в интеркоме была ему ответом. Громов швырнул трубку на стол, тяжело дыша.
Повернулся к своим чиновникам, которые сидели в креслах, побледневшие, не зная, что делать.
— Вы что, тоже окаменели⁈ Вызовите полицию! Немедленно!