— Какая разница, с чего. Зато теперь мы знаем, кто наш враг. Или думаешь, что низший демон обманул? — кидаю на Сэйхара грозный взгляд.
Радуюсь, что гнев заглушает все остальное, что заставляет саму себя ненавидеть.
— Удивительно, но не обманул, — Дэмиан подозрительно прищуривается. — Теперь все ясно.
— Что ясно?
— Обычно высшие демоны-иллюзионисты способны лишь на смену собственного обличия. Но этот демон погрузил нас обоих, нет нас всех в свою иллюзию. Создал целую плоскость. А на такое способен лишь один из первых демонов Шада. Нужно найти своих, пока он не поубивал всех поодиночке.
Дэм рывком поднимается на ноги.
— Не идешь?
У меня вопрос поопаснее будет.
— Откуда мне знать, что ты настоящий, а не иллюзия? — прищуриваюсь я.
На губах Дэмиана появляется что-то похожее на горькую усмешку, а в глазах — разочарование. Хотя это бессмысленно. Я задала логичный вопрос.
— Что ж. Ты дала мне пощечину в академии. Считается? — спрашивает он.
Я не спешу с ответом. Прислушиваюсь к собственным ощущениям, и сейчас они не такие, как было прежде. Его магия не прокалывает иглами кожу. Она ощущается как чешуя поверх меня. Изменилась форма, но не суть, что странно. Все еще обжигает.
— Считается, — отзываюсь я.
— Тогда идем.
Как-то он слишком торопится. Может, зря я так легко поверила? Хотя он бесит, как настоящий Дэмиан.
— А ты не будешь проверять меня? — решаю еще немного прощупать его.
— Мне не нужно. — цедит, глядя в глаза так, будто я мысли его прочитать обязана сию же секунду.
— Почему?
— Я тебя закрытыми глазами узнаю, Яра. За километр. По запаху. Даже сквозь стены. Так считается? — злится, хотя я задала логичный вопрос и ответить можно было бы нормально.
— Считается. Но кое-что в твоей теории не сходится.
— И что же? — раздраженно, нетерпеливо.
— Если демон создал одну плоскость для всех и это пещера, то откуда взялись иллюзии из страны Песков?
— Какая еще страна Песков?
— Ну, полагаю, что это была она. Белые здания с плоскими крышами. Знойное солнце, песок, деревья как зонтики.
— Деревья как зонтики? Пальмы? — бог хмурит свои темные брови.
— Наверное, они. А еще там был Максимилиан. Настоящий со своей… — слово возлюбленная застревает в горле. — Ты разве этого не видел?
Вид у Дэмиана становится еще более подозрительным.
— Не видел, а вот ты…
— Просто почудилось! Приснилось! — выпаливаю я, а спину прошибает холодным потом.
Если это была не иллюзия, то, значит, видения, от которых меня излечили на Лиловой горе, вернулись.
— Яра…
Проклятый бог что-то заподозрил.
— Ты сказал нужно найти наших. Время теряем, — напоминаю я.