Дело закручивается куда опаснее.
— Уверяю вас, нет совсем, — терпеливо отвечает лекарь и, видимо, ждет, когда я уйду и позволю господам допить уже остывший чай.
Но я осматриваюсь — доставляли ли сюда вообще тех двух адептов. Стоит ли сказать об этом ректору? А если не ему, то хотя бы профессору Ривзу.
— Спасибо, — киваю на прощание, выныриваю в коридор, в полной решимости разобраться в происходящем как можно скорее, но даже не подозреваю, что ждет меня за углом…
— Яра, к чему такая спешка? Ты так и до экзаменов не доживешь — убьешься, — говорит профессор Ривз.
— К вам-то я и спешила, профессор! — выдаю старшему, а затем замечаю за его спиной Ранда.
— Полагаю, ты хотела сообщить о вчерашнем, — мягко улыбается куратор, однако это скорее улыбка вежливости с грустью в глазах.
Кажется, ему меня искренне жаль.
— Я в курсе, Яра. Наставник Сэйхар мне все рассказал. Мы как раз разбирались в этом деле, — сообщает профессор.
В душе зарождается надежда, но тут же гаснет. Ведь то, что я узнаю чуть позже, вышвыривает меня в темную бездну.
Подсказка
— Тем адептам сильно досталось. Живого места почти не осталось, — говорит профессор, когда мы заходим в родной кабинет демонологии.
Здесь пусто, и воздух, как всегда спертый.
— Лекари подлатали их, а семьи, едва получив срочные уведомления, не стали дожидаться приказа, — продолжает профессор, жестом велит мне закрыть дверь, но я уже и так в процессе. — Забрали полчаса назад.
— Так быстро? — удивляюсь я. — Будто кто-то постарался.
Профессор неспешно усаживается за стол, по привычке откидывая с левой ноги темно-сиреневую мантию, и бросает в меня внимательный взгляд.
— Считаешь, что их подослали, Яра?
— А вы? — спрашиваю я, в надежде, что у меня не паранойя.
— Этого мы уже не узнаем, — вздыхает он. — Если кто-то и подослал, то быстро позаботился о том, чтобы никто ничего не узнал. И этот кто-то значим настолько, что адепты имитировали и драку, и падение. Либо же согласились обставить дело именно так, зная, что за подобное грозит отчисление.
Я уже думала об этом. И на ум приходит лишь одна персона, которой такое под силу. Опять и опять — только Лика.
— Либо же, — вдруг добавляет профессор. — Узнав, кто за тебя вступиться, эти адепты решили, что артефактный завод лучше, чем расплата с наследником Святых, разбирательство с ректором и обвинение в преступлении против женской чести. Это ведь клеймо позора на весь род, Яра.
— С такой стороны я не рассматривала ситуацию, — признаюсь профессору. А в горле все равно ком стоит. — Если так, то дело не так страшно, как казалось. Но зачинщик все еще остается в тени.