Что я могу сделать, если удар получился более чем профессиональным? Любому, кто разбирается, это ясно. Я могла бы, конечно, замаскировать, но мне и слушать его не хотелось больше, чем необходимо, и физические кондиции мало что позволяли, и пытать его нельзя. Что там Максинский обо мне подумал, я не знаю, но если спросят, скажу, что он дергался, и так случайно получилось. Так себе отговорка, конечно, но я, собственно, не должна оправдываться – все было по закону, я ничего не нарушила.
А навыки убийства с одного удара? Ну, у них может создаться впечатление, что я уже убивала, только вот они ничего не найдут, даже если будут искать. Я внимательно покопалась в памяти Алисы на этот случай – ее не в чем обвинить, она и котенка за всю жизнь не обидела.
Муравьев постучал еще через десять минут, когда я уже всерьез размышляла на тему поискать выход самой или сесть на холодный пол, потому, что ноги уже подрагивали от напряжения.
Выглядел парень откровенно плохо, мне даже показалось, что он плакал, но я деликатно отвела взгляд, пока его под прицелом винтовок опрашивал куратор. Саша был спереди немного забрызган кровью, как я поняла, с одного удара у него не получилось. Ну так меч в такой ситуации не самое лучшее оружие, если уж хотел длинный клинок, то взял бы рапиру. Но ему привычнее, вероятно, поэтому и выбрал.
Руки у Муравьева ощутимо подрагивали, но он старался взять себя в руки, как бы это банально ни звучало, и даже улыбнуться. Получилось так себе. Впрочем, пока мы проходили бюрократическую волокиту, а нам надо было подписать ряд документов, подтверждающих казнь и принятие первостихии Тьмы, он заметно успокоился.
Еще бы, на моем фоне он не хотел выглядеть мямлей и слюнтяем. Думается, что Максинский не просто так взял нас двоих, и девушке поддержка, и парню возможность показать себя настоящим мужчиной. Скорее всего, если казнят не одного человека, так и берут разнополые пары. Впрочем, парни тоже любят друг перед другом покрасоваться и показать себя крутыми, так что их одних тоже можно брать, а вот пару-тройку девочек – точно не стоит.
Из тюрьмы мы вышли только через час, но у меня будто гора с плеч свалилась. И чем дальше мы отъезжали, тем легче мне становилось. Нет, я знала, что мне тяжело из-за ментального дара, но я даже не представляла, что настолько. А вот когда появилась возможность сравнить…
Наш отлет был назначен на завтра. Днем я успела прогуляться немного по городу, хоть куратор отпустил меня и с трудом, а вечером Максинский распорядился отдыхать и восстанавливаться. И я так и собиралась сделать, но Муравьев постучал ко мне в номер и предложил поужинать. Честно говоря, мне не очень хотелось – кусок в горло не лез, но все же оставлять его одного сегодня не стоит. Он явно нуждался в моральной поддержке, хоть и старался всеми силами показать, что это не так. Так что пришлось срочно одеваться, приводить себя в порядок и спускаться в ресторан при отеле – далеко мы решили не ходить, а тут вроде бы неплохо.