Телохранитель для дочки генерала
Анна Бигси
Глава 1. Матвей
Если утро начинается в кабинете начальника, то добрым оно быть не может по определению. А я именно там, сижу в этом котле и поджариваюсь.
— Лихачев, ты совсем охренел? — Макс Марьянин — начальник отдела — срывается на крик. — Где, лять, твой мозг?
— Да что я сделал-то? — возмущенно шиплю. И так башка, как барабан, после вчерашнего. Всё же последний коктейль был лишним.
— Задержанный Кабанчук после допроса оказался в реанимации, — сухо сообщает нач. — Как это случилось, не знаешь?
Упс… А вот это уже серьёзный залет. Кажется, перестарался.
— Не могу знать, товарищ подполковник, — наигранно четко отвечаю я и смотрю на него самыми честными на свете глазами. Уж это-то я умею филигранно.
— Идиот, — выдыхает Макс и сжимает переносицу пальцами. — Родственники этого «несчастного» настрочили жалобу. На вот полюбуйся.
Файл скользит по столу и останавливается в аккурат напротив меня. Пробегаюсь глазами по сухим строчкам и, мягко говоря, озадачиваюсь.
— Косяк… — задумчиво чешу затылок. Масштабы трешака вырисовываются отчетливее.
— Косяк? — глаза Марьянина едва наливаются яростью. — Да это пиздец, Лихачев! Если это «тело» ещё и копыта откинет, тогда будет срок. Тебе, млять! А на отдел приедет проверка! И даже Стас нам не поможет.
— Я понял, — бормочу мрачно.
— Можешь внятно объяснить, какого хера тебя так переклинило?
Нет, но придется.
— Ты видел, что он сделал? — смотрю начу в глаза. — Его стащили прямо с девочки. А он в отказ, ничо не знаю, ниче не видел, она сама на меня запрыгнула. Ничего не докажете и пошли нахрен. Ну меня и сорвало…
Марьянин на мгновение меняется в лице, но быстро берет себя в руки. Явно ведь не похер ему.
— Макс, ты сам бы как поступил на моем месте?
— Я бы не подставился сам и не подставил отдел, — огрызается, едва не клацая зубами. — Есть более «гуманные» методы.
Он прав. Я серьёзно накосячил.
— Прости, реально переклинило… Не подумал ни о чем.
Неприятное чувство щекочет изнутри. Не хотел я никого подставлять. Жаль, если у парней из-за меня будут проблемы.
— Ну прощать тебя или нет, решаю не я…
— Бог простит? — всё ещё надеюсь на снисхождение.
— Если бы, — Марьянин отходит и наливает себе воды. — Временно отстраняешься от работы.
— Да фак! — раздраженно откидываюсь на спинку. — Надолго?
— До выяснения всех обстоятельств.
Звучит как-то совсем безрадостно. И все из-за какой-то мрази, которая и землю-то топтать не должна.
«Так-то из-за тебя. Надо было сдержаться, но ты же торопился. Втащить было быстрее и действеннее…» — лениво мурлычет внутренний голос. Ну не совсем все так! Хотя кому это теперь интересно?