— Проехали, неуч, — махнул рукой Либанов. — По делу есть что?
— Ну да, административно! — с энтузиазмом ответил парень.
Этот салага, похоже, когда-то ухитрился вполне себе прилично набраться, а тут Ивлев ещё… вывести его, что ли? Пока скандала не случилось. А то что-то жажда геройства у сопляка зашкаливает.
Тут Либанов поймал мой взгляд и махнул рукой успокаивающе — мол, расслабься, всё под контролем.
— Наше главное преимущество и состоит в том, что мы можем ставить хаб где угодно — у нас расходы на плечо фиксированные! То есть, мы хоть в чистом поле построим пересадочный узел, нам даже население там в качестве работников не упёрлось, будут на смену приезжать с конечных точек маршрутов! Со всей страны!
— А парень прав, — вмешался Артемьев.
Ха, а этот без пива. Вот же чуйка у человека — как знал, что генерал придёт понаблюдать, не хочет с бухлом в руке светиться! Хотя… а может — и знал. Работа ведь у него такая — про всё знать.
Впрочем, пиво Ивлеву я сейчас организую — глядишь и «силовики» наши расслабятся, а то вон, как я погляжу, Скип тоже сидит на диване чуть в стороне, трёт с профессором совершенно насухую.
В итоге, задумавшись, я пропустил речь Артемьева, и, на правах начальства, окликнул его:
— Полковник! Извини, прослушал — чего ты говорил про «прав»?
Тот задумался, потёр переносицу, стрельнул взглядом в генеральский угол.
— Ну, я, конечно, не очень разбираюсь… Но как я понял, себестоимость на отдельного пассажира получается почти нулевая. То есть, если мы будем гонять народ на вахты — на те же Севера, к примеру, вполне можно ручеёк и себе отвести. Если мы вообще замахиваемся на изменение потоков трудовых в стране, чего уж нам, на свои нужды трудно наскрести будет? Ну, ты меня понял.
— Во, точно! Я говорил! Нам вообще ничего не надо, хоть в тайге построим, хоть в чистом поле! — опять молодой.
— Это неразумно, — припечатала Лина, сидящая на диване чуть в стороне.
Большинство спорщиков стояли на ногах вокруг стола, поэтому им пришлось повернуться.
— А теперь послушаем единственного в нашей компании профессионального экономиста. Хоть и будущего, — несколько ёрничая, поддакнул Артемьев.
— Позвольте! — с таким же притворным возмущением подняла палец Лина. — Не экономиста! Я — будущий бизнес-администратор!
Ну да, есть такое — американский-то колледж пропал. Нет у нас там больше интересов, и, видимо, уже никогда и не будет — даже квартиру Линину в Бруклине продали. Купили взамен двушку её маме в Питере, чтоб у тёщи не возникло фантазии переселиться поближе, хо-хо.
— И пусть мне ещё учиться и учиться, я уже сейчас твёрдо знаю, что такая идея — фигня полная!