Так что произошло? Додумать я не успел. Вдруг купол начинает отодвигаться в сторону.
«Вроде у томографа не так, но хотя кто его знает. Я же не медик».
Опять слышу шаги. Поворачиваю голову в сторону приближающейся девушки — медика. И непроизвольно поднимаю руку и протираю глаза. Нет. Так ничего и не поменялось.
«Я точно не в больнице, — спокойно и отстраненно констатирую я, — а если и в больнице, то точно не в той, о которой подумал первоначально».
Две с половиной недели назад. Фронтир.
Военно-научная станция Цикада.
Территория Империи Аграф
— Профессор, профессор… — Лаборант вбежал в двери кабинета, обращаясь к сидящему за столом серьезному аграфу. — Вот. Мы смогли получить нужную последовательность из генетического материала, после чего стало возможным синтезировать ее.
И он протянул ему ладонь, на которой лежала пробирка с какой-то сероватой массой. Ученый спокойно поднял свой взгляд от экрана персонального искина, за которым работал, и посмотрел на так бесцеремонно влетевшего к нему в кабинет молодого аграфа из группы ученых, только недавно присоединившихся к их научной работе. Потом профессор поглядел на его вытянутую вперед ладонь и на то, что лежало на ней.
— Где параметры тестирования? — спросил он, впрочем, даже не протягивая своей руки, чтобы что-то взять у своего молодого помощника.
— Ах, да, — воскликнул возбужденный лаборант. И он быстро передал сидящему за столом профессору информационный чип, на который до этого сбросил все результаты и входные параметры исследований.
Тот вставил его в считыватель и начал просматривать имеющиеся там данные.
— На ком проводилось тестирование? — спросил аграф. — Почему-то этого нет в описании.
Лаборант растерялся.
— Простите, — несколько смущенно произнес он, — я так спешил составить отчет, что забыл прикрепить список доноров и реципиентов к материалам по исследованиям, полученным в результате проведенной серии последних экспериментов. — И молодой научный сотрудник начал перечислять существ, на основании ДНК которых был получен генетический материал, и тех, кому он потом приживлялся.
Профессор, не дослушав его даже до середины, остановил этот длинный поток перечислений.
— Разумные? — спокойно спросил он, не отрывая своего пронзительного взгляда от молодого парня, совсем недавно ставшего работать на них. А если точнее, то на их секретную контору. Лаборант испуганно замер.
— Простите, — тихо, чуть ли не заикаясь и осторожно оглядываясь назад, ответил он, — но проведение испытаний на разумных существах запрещено конвенцией Объединённых Миров и Советом Содружества.