Дергаю головой на резко затихший стук каблуков. Мои брови ползут вверх, а его любовница делает нерешительный шаг назад.
— Стоять!
Быстро подхожу к ней. Схватив за локоть, практически выношу из отделения на лестничную клетку.
— Тоже супчик убогому принесла⁈ — зло рычу ей в лицо.
— Тай, не надо так…
— А как надо⁈ Нормально тебе с женатым мужиком жить? Детей от него рожать?
— Я понимаю твою злость. Но твой папа… он же взрослый мужчина. Ты пока просто не все понимаешь… — блеет она.
— Идеальная пара. Вы даже говорите одинаково. Признаваться пойдешь? Там сейчас как раз жена его куриным бульоном кормит. Идеальный момент, чтобы зайти и сказать: «Здравствуйте. Вы знаете, я сплю с вашим мужем, и у нас есть ребенок». Он струсил. Может, ты смелее?
Она тушуется. Понятно, что признаваться никто не пойдет. А я не могу. У меня язык не повернется матери в глаза такое выдать.
— Противно от вас от обоих, — кривлюсь, отпуская ее руку.
— Тайсон…
— Нахер иди. Желательно сейчас. Ну или признаваться.
Секретарша медленно разворачивается, осторожно обходит меня и спускается по ступенькам, цокая своими шпильками. А я возвращаюсь в палату к отцу. Он уже поел и даже переоделся.
— Оставь меня с сыном наедине, пожалуйста, — просит у матери.
Кивнув, она выходит в коридор. Я облокачиваюсь на стену возле двери.
— Тай…
— Ты ничего ей не сказал, — перебиваю его.
— Пока нет. А про то, что я здесь по твоей милости, и не скажу. Давай поговорим как взрослые люди.
— Я с тобой буду говорить только в рамках контракта.
— Хорошо. Остынешь — поговорим про семью и отношения. Не надо искать новых спонсоров. Я и дальше буду соблюдать наш договор. Ты будешь получать по нему свои деньги. Ваш клуб также не пострадает.
— Юля?
— Это уже про отношения, Тай. А про них ты говорить не хочешь.
— Про отношения можно говорить с близкими людьми или друзьями.
— Тай, что бы ни происходило в моей жизни, я все равно останусь твоим отцом, нравится тебе это или нет.
— Не нравится, — засовываю руки в карманы. Там ключи от Юлькиной квартиры. Сжимаю связку в кулаке. — Скажи матери правду. Это низко — жрать ее суп и трахать другую. И Юльку я тебе обижать не дам. Кстати, как думаешь, она деду понравится?
— Кто? — Отец еще сильнее меняется в лице.
— Моя Юля. Мы с дедом сколько не виделись? С моего выпускного в школе. Вот думаю, пора бы ему позвонить.
— Шантажист, — хмыкает отец. — Дай мне немного времени, Тай. Я в себя приду, и будем разбираться, как нам всем жить дальше. Юлю твою я трогать не буду. Ты сам от нее уйдешь. Не нагулялся же, — смеется он.
— По себе меня не ровняй. А деду я все-таки позвоню. Соскучился, сил нет, — победно скалюсь от того, как его передергивает. — Пока, папа, — машу ему. — Поправляйся.