— Правильно, держись неподалёку, — пробормотала я, прижав малыша к себе, чтоб не цепляли ветви, — но особо не высовывайся: в случае чего, будешь прикрывать отход.
— Кар-р, — в голосе птицы слышалось… удивление?
— Нет, ну а чего ты хотел? Притащить мне ребёнка и в кусты? Фигушки! — мотнула головой. — И вообще, чего раскаркался? Мальчика разбудишь.
Когда я вышла к тракту, стемнело окончательно. По краю дороги яркими огоньками мерцали костры путников, освещая стоявшие в стороне обозы, хотя, кое-где были видны и небольшие группы людей, по трое-четверо, рядом со стреноженными лошадьми. Одиночек я не заметила, а это значит, что легенду будет придумать нелегко. Кто поверить, что женщина с ребёнком решилась одна отправиться в путь? Эх, а надо чтобы поверили. Давай, Ламира, ты сможешь!
Мелькнула шальная мысль подойти к одному из обозов и попросить людей о помощи, а не плестись к поселению. Мелькнула и тут же исчезла. Могла ли я доверять кому-то из них? Вряд ли! Поскольку именно здесь, где-то неподалёку, и находились те, от кого нужно было спасать малыша.
Не знаю почему, но растворившемуся женскому силуэту я, и правда, поверила, ни на миг не усомнившись, что мальчику действительно угрожает опасность. О том, что стало с его матерью, старалась не думать, но именно её магия, причём, совершенно чуждая моему пониманию, и доверила мне малыша. Почему именно мне? Понятия не имею! Но чем больше об этом размышляла, тем сильнее убеждалась, что нужно быть вдвойне осторожной: любой из тех людей, сидевших рядом с кострами, мог оказаться врагом.
Да, Лами, попала ты в переделку! Мало было своих проблем, теперь ещё и чужими приходится голову забивать.
Озираясь по сторонам, я перебралась через дорогу там, где потемнее, и, отыскав просёлочную дорогу, решительно устремилась вперёд. Так или иначе, ребёнка бросать на произвол судьбы я не собиралась, поэтому придётся приложить всё своё умение, чтоб получилось задуманное.
Спустя некоторое время впереди показались небольшие домики, утопающие в зелени садов, в тёмных окнах которых отражался лунный свет, и лишь в одном из них приветливо поблёскивал огонёк. К нему-то я и направилась.
Добавочный кусик
Под ногами шелестела трава, и от каждого шага воздух наполнялся неповторимым ароматом летнего луга, с лёгкими нотками цветущего златоцвета и медуницы.
Матушка любила полевые цветы больше других, поэтому дома часто появлялись букеты с сезонными цветами: весной это были ветреницы, ромашки и незабудки, летом — златоцветы, багульник, кипрей, осенью…
Так, надо собраться, а то совсем что-то раскисла.