— Что это? — я с опаской уставилась на бумагу.
— Король прислушался к пожеланиям своего сына и решил добавить твои бургеры в дворцовое меню. За соответствующее вознаграждение.
— Но…я не понимаю…
— Тебе отписали пятьсот золотых и назначили главной по бургерам при дворе. Придется, конечно, переезжать, менять многое в жизни, но, я уверен, оно того стоит…
От шума в ушах, я почти не слышала, о чем он говорит. Дрожащими неуклюжими пальцами развернула лист и, путаясь в буквах прочитала королевский указ.
Перед глазами прыгали отрывки: присудить Хлое Фалмер специальный приз «Выбор молодого поколения» …пятьсот золотых…назначить ответственной за приготовление…
Это что же…
Это как же…
Получается, я теперь буду работать на королевской кухне? Жить при дворце?
От новостей кругом шла голова. Мне срочно захотелось присесть, а еще лучше прилечь. На земельку, на травоньку, да хоть на отполированные до блеска камни мостовой.
Ноги превратились в желе, а легкие напрочь отказывались нормально дышать. Как в той басне — в зобу дыхание сперло.
— Хлоя? — обеспокоенно позвал Стефан, — с тобой все в порядке?
— Я в шоке. И в ужасе. И в восторге… И в ужасе, — кажется, я немного повторялась, но мне было простительно. Не каждый день выпадает возможность настолько круто поменять свою жизнь.
В голове тут же закрутился миллион вопросов, что делать с таверной, кого оставить за главного, где я буду жить, если соглашусь, как не сойти с ума от таких перемен.
— Я думаю, нам надо вернуться, — усмехнулся он, галантно подставляя локоть, — пока кое-кто не повалился без чувств.
— Отличная идея.
Я вцепилась в него мертвой хваткой и всю дорогу до таверны восторженно молчала.
И не понятно, что меня восторгало больше — внезапные новости из королевского дворца или то, что под ладонью я чувствовала уверенное мужское тепло.
И все было хорошо…до тех пор, пока мы не вывернули на знакомую площадь и не увидели на крыльце «Мясбургера» леди Кэтрин в сопровождении двух стражей порядка. Чуть в сторонке стояли ее ненаглядные и крайне взволнованные доченьки, а вот братца не было видно. Уверена, Томас струсил. Привыкнув обижать бедную Хлою, он никак не ожидал, что за это можно поплатиться и получить яблоком в лоб. Видать, не выдержала его хрупкая душа такой вопиющей несправедливости.
— Опять она! — меня аж подбросило от гнева.
— Кто? — хмуро спросил Стефан, почувствовав моментальную смену настроения.
— Моя мачеха! Она вчера ворвалась в мою таверну, требовала еды и постоя. А под конец, вообще заявила, что я там никто, а она, как вдова моего отца имеет полное право забрать все себе. К счастью, старый Бенджи с ребятами подоспел и прогнал ее… жаль, что не на совсем.