Я уверенно пошёл к столу, надеясь, что верно определил заказчиков. Тесные проходы между столами не позволяли идти быстро, приходилось протискиваться боком, поднимать поднос над спинами и головами. Руки тряслись от натуги, а из-за шума в голове меня пошатывало. Однако я дошёл и, наконец, поставил поднос на нужный стол.
Трое мужчин в кожаных куртках с перевязями, не дожидаясь, пока я соображу, схватили тарелки и кружки. Один из них швырнул на поднос несколько монет и сделал жест, который я расшифровал как «вали отсюда».
Я сгрёб металлические кругляши в кулак, прижал поднос к груди и двинулся обратно к стойке. Я увидел, что хозяйка уже выставила туда новые тарелки, наполненные едой. Очень надеюсь, что мои обрывочные воспоминания снова помогут сориентироваться, чей это заказ.
— Эй, грязную посуду забери! — Меня схватила за шиворот чья-то рука, и я остановился.
Обернулся. Тот самый парень, что угрожал мне, кивнул на стол с пустыми тарелками. Я поставил поднос с краю и принялся заполнять его посудой. Монеты, зажатые в кулаке, мешали, и я положил их обратно на поднос.
Собрав тарелки, я подхватил потяжелевшую ношу и двинулся к стойке. Парень, что не сводил с меня глаз, подождал, когда я подойду ближе и исподтишка пнул меня под колено.
Нога подогнулась. Я потерял равновесие и под злорадный хохот полетел на пол. Посуда с грохотом посыпалась. Всё разлетелось в стороны, разбиваясь на крупные черепки. Остатки жирной подливки растеклись по полу кляксой. А я рухнул сверху в это великолепие.
Гул голосов на секунду стих, но тут же возобновился. Ближайшие посетители брезгливо отодвинулись подальше, оставив вокруг меня пустое пространство. Я поднялся на четвереньки и увидел перед лицом знакомые мокасины. Поднял взгляд — сверху, мерзко ухмыляясь, смотрел мой обидчик.
На шум из-за стойки выскочила женщина в фартуке. Лицо её было бледным, губы сжаты в тонкую линию. Подбежав ко мне, она резко наклонилась и замахнулась рукой. На меня вдруг нахлынули сцены недавнего избиения.
Внутри поднялось чьё-то чужое чувство страха. Будто боялся, что меня снова будут бить. Я инстинктивно загородился руками, ожидая удара, но его не последовало. Я выглянул из-за скрещенных рук и увидел, что женщина протягивает мне ладонь. С недоверием я ухватился за неё, и она помогла мне подняться.
Быстро оглянувшись, она проговорила:
— Ну-ка, давай, собирай всё, пока Виктор не увидел!
В памяти всплыли чужие воспоминания. На меня ругался тот бородач, и орал часто, а это его жена, мозг даже подкинул её имя — Мария. А тот наглый крепыш — сын хозяина таверны.