Танька
© Андреевский Л., текст
© Башлачев А., текст стихотворения
© Рыбаков А., художественное оформление
© ООО «Издательство АСТ», 2026
Танька быстро хлебнула воды из остывшего с вечера чайника, цепко выломала из вчерашнего батона квелую корку и сунула ее в карман черного школьного фартука. О нормальном завтраке нечего было и думать: мать с утра ходила с белым лицом, что означало надвигающийся скандал. Повод для скандала лежал на продавленном родительском диване, плотно завернувшись в одеяло, и тихо постанывал в тяжелом похмельном сне. Отец вернулся домой часа в два ночи, мать к тому времени уже спала, и сейчас ярость, которой она не успела встретить его накануне, переполняла ее. Все это Танька тоже проспала, но общую канву событий считывала по опыту. Скорее всего, после ее ухода мать, доведенная до ручки безмятежностью спящего мужа, накинется на него и пропущенный вчера скандал будет с лихвой компенсирован сегодня. Пока еще длилось нервное затишье перед бурей. Мать стояла перед зеркалом в полумраке комнаты, готовая к выходу, и мазала губы помадой.
– Мама, я побежала. Мне сегодня пораньше, – робко сказала Танька от двери.
Мать вздрогнула от неожиданности, уронила помаду и заорала:
– Ах ты дрянь! Подкрадется, как вор… Что за девка тупая! Утром спокойно собраться не даст. Иди отсюда, бестолочь! Иди, чтоб глаза мои на тебя не смотрели…
Отец тоненько застонал во сне и глубже зарылся в одеяло. Таньку долго уговаривать не пришлось. Она схватила с вешалки куртку и выскочила в коридор. Дверь хлопнула, закрываясь, а она замерла в пустом коридоре и прислушалась. Погони с криками на весь подъезд сегодня не будет, по тишине за дверью поняла Танька и побежала к лестнице. Теперь перед ней до самого вечера расстилалась невероятно огромная и свободная даль жизни, где она была предоставлена самой себе. Если бы мать увидела в этот момент свою дочь, сияющую всей красотой позднего детства, она вряд ли узнала бы забитую, вечно испуганную бледную бестолочь, которая изредка тенью мелькала в дверях и послушно исчезала, когда матерью овладевал очередной приступ ярости.
Она работала главным бухгалтером в депо, с которого некогда, еще в Гражданскую войну, начинался крошечный городок Шахунья Нижегородской губернии. Изза стервозного характера бухгалтером она считалась хорошим. Муж, хоть и алкоголик, тоже занимал не последнее место в городской иерархии: какникак главный инженер молокозавода. Все это почти сразу после Танькиного рождения позволило им выбить нормальную квартиру.