Медленно бреду по коридору с гофрированными стенками. Ковыляю держась за костяные наросты вокруг, а порванную острыми зубами правую руку прижимаю к животу. Туда, где ещё недавно была открытая сквозная рана. Пусть незнакомое лекарство стянуло её края в очень короткий срок, но до конца всё ещё не зажило. Нет у меня времени и на то, чтобы отлежаться. Через прорез в костюме сочится белесая кровь.
Больно, но я иду к цели. Надо бы остановиться хоть на то, чтобы отдышаться, но вдалеке слышится знакомый свист хищников, которые голодны и идут за мной. Впереди меня возможно ждёт шанс на спасение, но вполне может быть и что-то не особо нужное. То, что мой недавний собеседник назвал димортулом.
В любом случае, я не хочу умирать. Это не очень приятно. Поверьте, я за последнии часы уже умирал, и не раз. Потому я и иду вперёд — не хочу умереть в третий раз. Ведь точно знаю, что эта смерть будет последней и мне не вернуться. Догадываюсь, как всё тут устроено, хоть мне и не знаком этот мир — Танат. Черт, я тогда даже не знал, как местные называли этот биоинженрный ад.
Потому и плевать на боль. Ещё один шаг вперёд. Осталось немного.
Помните ли вы своё появление на свет? Я вот преотлично, но очень хотел бы забыть его. Как и всё остальное, что связывает меня с этим проклятым миром. Моё прошлое было стерто. Всё, что было до момента пробуждения, лишь обрывки неясных воспоминаний.
Всё началось не с первого вздоха, а с пробудившей меня дикой боли. Каждую клетку моего тела жгло огнём. Ещё я не мог кричать или пошевелить пальцем.
Особенно у меня болела голова. Эти пульсирующие удары в области затылка просто доводили меня до безумия. Неравномерные, разные по силе. С большим удивлением я понял, что это чьи-то голоса вдалеке:
— Пульс нитевидный. Сатурация…
Голос еще одного незнакомца с властными, точнее командирскими интонациями, прерывает гомон неизвестных:
— Положите его. Иначе не донесëм.
— Это безумие. Сердце может остановиться в любой…
— Выполнять, — рычит неизвестный. Вдруг этот голос становится ближе. — Потерпи, брат. Ты только держись, Ни…
Шум затихает, а потом грудь пронзает острая боль. Как хочется кричать, но не могу. Что вы делаете?
— Ещё разряд.
— Стоять. Есть слабый пульс. Теперь коли.
— Отставить. Нужно отнести его назад, в тот зал. Иначе мы его потеряем.
Последнюю фразу сказал тот самый обладатель командирского голоса. Незнакомец взволнован.
Незнакомец? Разве? Я ведь был уверен, что знаю его. Просто почему-то не помню.