Когда почти все собрались перед входом на полигон, к нам подошел Орен.
— Привет. Вы какую плиту хотите? — поинтересовался он.
— В смысле какую? — не поняла я.
— Ближнюю ко входу или дальнюю, — пояснил свою мысль парень. — Так-то они одинаковые по весу.
— Не знаю, — растерялась я, не задумываясь раньше над таким вопросом. — Какую скажут.
— В том-то и дело, что не говорят. И если заранее не определиться, будем выглядеть как стадо баранов. Так что предлагаю сейчас договориться, выстроиться в две колонны перед входом и выйти одновременно. Должно красиво получиться.
— Давай, — согласилась я. — Только нам тогда слева нужно встать, а то зрителям ребят за вами видно не будет.
— Ну, тогда мы лучше дальнюю возьмем, — кивком согласился с моим предложением капитан восьмикурсников. — Так идти удобнее.
На этот раз не было ни сопровождающих команды кураторов, ни представления участников. Наши соперники встали в линию перед своей плитой, я попыталась вспомнить есть ли в правилах что-то на этот счет и все же решилась выстроить ребят сразу вокруг плиты. Пальцы, которыми я коснулась шероховатой поверхности камня, едва заметно подрагивали. Пришлось глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть, чтобы немного успокоиться.
Передо мной были Марек и Эрин, На другой стороне плиты Рейс, Тарек и Ян. Лица у всех серьезные, сосредоточенные. Каждый из нас прекрасно понимал, что как только плита под нашими пальцами дрогнет, начав движение вверх, исход всего состязания будет зависеть от скорости создания и точности расположения наших летунцов.
Я оглянулась на Рами и девочка мне радостно улыбнулась. Она была единственной, кто не мог отрабатывать свою часть плана в течение декады, и теперь жаждала попробовать себя в деле. Улыбнувшись ей в ответ, я подняла левую руку в знак нашей готовности.
Громкий звук охотничьего рога объявил всем о начале состязания, и почти сразу мои пальцы начали смещаться вверх, увлекаемые плитой архимагов.
— Да! — практически одновременно выкрикиваем мы с мальчишками, и на летунцы ложится тяжелая плита.
— Раз, два, раз, два, — начинает ритмично командовать Ян, постепенно ускоряясь.
Сколько раз мы проходили так за последнюю декаду… Сколько времени потратили на то, чтобы определить нужный темп и постепенное ускорение… Сколько раз кто-то сбивался и нам приходилось повторять все сначала…
— Раз, два, раз, два…
Я не вижу соперников, я не слышу зрителей. Для меня сейчас существуют только этот счет и доведенные до автоматизма шаги. Одна ширина, один темп, одно целое друг с другом и с плитой, которая все сильнее тянет вниз.