— Ах ты сволочь!
Подскочив к монстру, Катька отвесила ему подзатыльник и схватила за ухо. По крайней мере, эта часть тела выглядела как ухо.
— Вот я тебе сейчас!
Монстр завыл от ужаса и рванулся прочь, выдернув ухо из пальцев. Но скрыться от разъярённой Катьки у него не получилось. Девушка, вооружившись шваброй, преследовала его без остановок. При попытке просочиться в какую-нибудь щёлочку монстр получал по щупальцам и драпал дальше.
— Ух, я тебя! Лучше стой, а то пришибу!
Вереща, монстр метался по дому, роняя табуретки, врезаясь в углы и отмахиваясь от Катьки всеми конечностями.
— Мы чиним, а он портит! Убью!..
Когда домой вернулся Макс, на разгромленной кухне сидели Катька и монстр. Чудовище пило чай с булочкой и вздрагивало каждый раз, когда девушка смотрела на него.
— Познакомься, это Грххщзч.
— Ни на минуту тебя оставить нельзя, — Макс погрозил пальцем, — сразу с кем-нибудь знакомишься.
— Это наше, то самое «зло». Говорит, что живёт здесь уже много лет.
Макс пожал плечами.
— Если живёт, пусть тоже платит ипотеку. И коммуналку тоже.
Монстр возмущённо заверещал.
— А ты как хотел? Они, знаешь ли, зло посильнее тебя.
Чудовище жалостно застонало.
— Ну извини, жизнь такая. Мы всё равно не съедем. Так что выбирай, дружок. Что? Надо где-то безобразничать? Обязанность такая? Иди в интернет, там развлекайся. Ну там, не знаю, комменты злобные пиши или ещё что. А здесь — прекрати!
Монстру выделили чулан на втором этаже, старый ноутбук и кружку для кофе. Он повозмущался для порядка и стал работать на удалёнке программистом. В доме больше не шкодил, ночами троллил в интернете и регулярно вносил свою долю. Только в полнолуние забирался на крышу дома и громко завывал. Катька считала, что это он обещает вырасти, набрать силу и отомстить монстрам ЖКХ, банка и почты. Чем ему не угодила почта, чудовище объяснять отказывалось, многозначительно закатывая глаза и печально ухая.
— Герасим, — Муму поджала губы, — ты что-то от меня скрываешь.
В ответ Герасим только хмыкнул и продолжил грести.
— Нет, ты ответь. Может, у тебя есть кто-то другой? Ты скажи, я пойму.
Герасим театрально закатил глаза.
— Я же чувствую. Ты стал такой скрытный, молчишь всё время. Ты меня разлюбил?
Муму отвернулась и всхлипнула.
— Ты меня не любишь, да? А я, дура, тебе верю, жду, когда ты с работы придёшь, тапочки тебе приношу. Надеюсь, бегаю за тобой. А ты меня бросить собираешься⁈
Она с гневом посмотрела на спутника.
— А эта прогулка? Почему на лодке? Намек, что у меня глаза на мокром месте? Или ты меня утопить хочешь? А что, правильно, кинь меня в воду, плавать я не умею… Тебе легче станет? Давай я сама брошусь! Хочешь? Ты только скажи, я прыгну!