— Правда? — девочка вытерла глаза рукавом, сведя на нет результат умывания.
— Разумеется! Зачем? Корректор-неудачник быстро сдохнет сам. Если бы не я, ты бы уже на втором выходе накрылась.
— Утешила, блин…
— Я не сопли тебе вытирать приехала. Итак, ты гонялась за фокусом три месяца и не догнала. Почему? Кроме очевидного факта, что ты слабачка с крошечным, как мышиная писька, потенциалом?
— Он постоянно перемещался. Ехал из города в город, не останавливаясь нигде дольше, чем на одну ночь. Сначала автостопом, потом, когда у него появились последователи, на их автобусе. Я старалась следовать за ним, тоже автостопом, но тут девушки не путешествуют в одиночку. Меня трижды пытались изнасиловать. Я не умею водить машину, у меня нет местных денег, я прыгала через Изнанку, но ты же знаешь…
— Ага, точность у тебя как у слепого стрелка с руками из жопы.
— Я каждый раз его теряла, отставала, находила снова, но он всё время был на шаг впереди! В каждом городе, который он посетил, начинался хаос, преследовать его становилось всё сложнее и опаснее. Несколько раз меня чуть не убили! Он буквально сводит людей с ума, они слушают его и впадают в безумие! Все просто помешались на смерти, крови и клинках! Они режут друг друга, режут себя, рубят головы и смеются, умываясь кровью!
— Алё, малявка, это же коллапс! Они все плюс-минус такие.
— Меня выдернули очень вовремя, — призналась Лиарна, — в нашем срезе всё только начиналось…
— У тебя же Данька был наставником?
— Да, но он…
— Знаю. Слышала. Соболезную. Продолжай.
— В общем, вчера я его почти догнала. Просто бежала бегом, прикинь? Я хорошо бегаю, быстро и далеко, тренировалась в детстве как ненормальная, хотела стать чемпионкой.
— Хоть что-то ты делаешь хорошо. И чем дело кончилось?
— Он выступал тут со сцены. Недалеко, в паре кварталов. Я добежала, а вокруг толпа народу, весь город собрался слушать. Его выступления теперь и по радио крутят, и по телевизору показывают, он суперзвезда, но лично услышать — это хуже всего. И вот я стою, пытаюсь отдышаться, километров тридцать пробежала, потная вся, грязная, пить хочу безумно. Он в микрофон задвигает это своё: «Путь смерти, путь железа, путь бессмертия». Толпа скандирует «Сделаем это!», в общем, как всегда. А я думаю, как же, блин, теперь до него добраться? А главное — как уговорить уйти со мной? Видно же, что его прёт! От того, что люди умирают, выкрикивая его имя!
— Какой прекрасный человек. Мелехрим будет счастлив такому корректору, наверное, сразу в Ареопаг возьмёт. И как именно ты облажалась в этот раз?