— Это делается не для нас, — улыбаюсь я. — А чтобы мужчины могли застёгивать эти молнии.
— И расстёгивать, — задумчиво говорит Влада, скользя взглядом по приподнятой платьем груди. — Это можно можно забрать? Берём?
Он указывает на вешалки с одеждой.
— Да.
Влад вешает одежду на локоть и удаляется, оставив меня переодеваться. Даже ничего не выкинет? Никаких пошлых фокусов? Вот это да…
Когда я показываюсь на кассе, он добавляет малахитовое платье к прочим вещам и достаёт картхолдер.
— Так, Влад, убери. Не нужно, — серьезно говорю я и тянусь к сумочке, которую он повесил себе на плечо.
Парень невозмутимо убирает мою сумку себе за спину и отдаёт карту кассирше.
— Я что сказал? — строго спрашивает он. — Я работаю. Я привёз вас сюда не для того, чтобы вы сами себе одежду покупали. Ясно?
— Я не могу это принять!
— Покроет мой долг. В конце концов, я тоже вложился в разгром вашей хаты. Наверняка он бы так не взбесился, не приедь я за вами.
Я захлопываю рот. В его словах я не слышу наглости, не вижу в этом поступке позерства. Влад реально чувствует себя виноватым. И это после того, как буквально спас меня.
У меня не остаётся сил спорить.
Влад отвозит меня в офис, чтобы могла решить кое-какие дела.
Рита звонит как раз, когда я роюсь в документах.
— Как ты, родная?
— Спасибо, Риток, всё хорошо.
— Отошла уже? Я вот до сих пор не могу! Такая падла! Как только рука поднялась?!
Я прислушиваюсь.
— В смысле? Ты о чём?
— О квартире, о чём ещё? Мне Влад сбросил фото! Во сколько ты заканчиваешь? Он заедет за тобой! Можешь жить у нас, сколько захочешь.
Я беспомощно опускаюсь на стул. Я уже забронировала номер в гостинице, я не собиралась возвращаться! Только не на одной территории с Владом! Он же без тормозов!
— Рит, послушай, — я понимаю, что пытаюсь сделать невозможное. — Я уже номер сняла, мне неудобно…
— Прекрати! Ты мне родной человек, в конце концов!
— Я вас и так через чур напрягла..
— Как ты можешь такое говорить? Да мне в удовольствие тебе помогать! Ты же мне буквально, как сестра.
— Рит. Я не могу…
— Тебе плохо у нас? Я что-то не так сказала? Ты обиделась на что-то? — я слышу в её голосе расстроенные нотки.
— Нет! Нет, боже,боже, нет! Ты чего?
— Тогда почему ты так не хочешь возвращаться? Раньше всё было нормально…
Язык беспомощно ворочается во рту. Вот, и как я объясню? Что можно сказать, чтобы её не обидеть?
Как же я устала..
— Заканчиваю в шесть, — обречённо говорю я.
Повесив трубку, несколько минут смотрю в пустоту.
Он специально всё слил. Знал прекрасно, что этим кончится. Что я, скорее, соглашусь, чем поссорюсь с Ритой. Хочет иметь ко мне неограниченный доступ, чтобы продолжать развратничать.