– Да иду я… Замолчи.
И вот мы расплачиваемся. Забираем платье… Тащимся к Юлькиной машине и едем в её этот
стриптиз-бар.
– Сказала ему?
– Нет, конечно. Он бы меня не отпустил… Там есть обычный бар рядом? Я соседнее название
отправлю.
Господи, как же ужасно и глупо звучит… Веду себя, как дура.
– Есть. Там их много.
– Хорошо. Но трогать кого-то и толкать руки в их трусы я не стану. У меня свой кипяточный.
Кого угодно затанцует.
– Блин, Мира, я умру от зависти раньше, чем вы поженитесь! – выдаёт она, останавливая
машину возле неоновой яркой вывески со стрелочкой вниз.
На часах половина седьмого вечера… А я тащусь с подругой в какую-то блядскую раздевальню
и ржу… Позорище.
Тут стоооолько женщин. Правда они явно взрослее нас. Но тоже есть молодая невеста с фатой и
тортиком со свечами в виде писюнов. О, Господи…
– У вас правда такой недотрах? – спрашиваю у Юльки шёпотом, а она кривит губы.
– Дорогая моя… Мужиков вокруг дофига. Только вот достойных единицы. Чтобы и член, и рожа,
и кожа, и в кармане не пусто, и мозг на месте, да ещё и чтоб ухаживал… Заботился… Мир,
тебе повезло. Правда.
Слушаю её и вздыхаю.
– А я тут… Среди голых мужиков… Что творю???
Она смеётся и тут начинаются дикие танцы. Парни вертят своими накаченными задницами, трахая
все поверхности. О, ужас… Не могу смотреть… Но самый апогей настигает тогда, когда один
из них идёт к нашему столику и трётся причинным местом о мой стул. Я краснею, отворачиваясь.
Чувствую себя не в своей тарелке, а Юлька хлопает в ладоши и свистит.
– Юля, забери его, а… Мне плохо…
– Да смотри какой прикольный. Понравилась ты ему, – угорает она, а я вдруг чувствую острую
потребность выблевать всё содержимое желудка.
– Юль… Юль, меня правда тошнит…
Юлька гонит от меня этого парня и хватает за плечо.
– Что такое? На улицу??? Эй…
Я чувствую, что теряю сознание… Прямо на полу этой Хуевой богадельни…
***
Прихожу в себя, нащупывая под собой кожаную обивку заднего сиденья авто. Ловлю Юлькины
напуганные глаза и понимаю, что за рулем вовсе не она… Фокусирую взгляд и сталкиваюсь с
гневливыми чёрными котлованами, пропитанными яростью и ревностью…
Ну вот… Теперь мне точно конец.
– Слушай, это не она, это я, – убеждает меня её растерянная заплаканная подружайка, пока я
буравлю очнувшуюся Мирославу взглядом. Кажется, что готов её прибить, но только после того,
как буду убеждён, что с ней точно всё в порядке.
– Помолчи уже, а, – затыкаю бессмертную.