И вдруг мой телефон начинает неистово жужжать в джинсах.
– Мир… Давай договорим.
Дамир натягивает трусы, а я даже думать не могу о том, что между нами сейчас чуть не
произошло, потому что это Рома мне звонит.
– Да? – отвечаю надломленным голосом. У меня даже глотка болит, словно там застрял
раскалённый кусок металла.
– Ты как там у меня? В порядке?
– Угу… Ром, всё хорошо. А ты?
– Тоже. Приехал, а родители, оказывается, умотали на ночь… Жаль не предупредили… Мы бы
остались у меня… Не хочешь, чтобы я снова заехал за тобой? – спрашивает он, и весь
разговор эхом слышен в этой комнате.
Мои глаза встречаются с неистовой тьмой Дамира. Я пытаюсь держать тон обыкновенным.
– Да… Наверное, можно…
Я мямлю. На глазах слёзы. Я не хочу к нему. Я не люблю его, но мне так чертовски больно,
что я специально хочу уколоть Дамира в ответ. Хочу снова и снова его давить. Какая я,
оказывается, мстительная… Но он, кажется, всё по мне видит. Потому что так смотрит…
Поглощает своим взглядом. Изувечивает. Я мысленно умоляю его остановить меня. Мысленно…
Программирую его душу.
И неожиданно Дамир подходит прямо ко мне, вырывая из моих рук трубку, словно услышал мою
мольбу. Словно физически её ощутил.
– Она против. И не поедет больше к тебе. Забудь о её существовании, – бесцеремонно заявляет
он, нагло отбрасывая мой телефон в сторону…
Дамир Королёв
– Барьеры у тебя в голове. Я любил тебя всё это время, и не было ни дня, чтобы я о тебе не
думал… Мир… Мирослава. Малыш мой.
– Дамир, – рыдает она и трясётся, закрывая рот рукой. Всхлипывает. Тонет в эмоциях. А я
ничего сделать не могу, мне самому больно.
– Я не буду с тобой, – вырывается из неё болезненное. – Нет, не буду! Рома – мой парень!
Так нельзя с людьми. Просто нельзя!
– Малыш… В тот вечер… Здесь был твой отец… Возле нашего дома. Снова.
Она замирает. А я знаю, что пора рассказать. Это уже не имеет никакого смысла, хоть и
рассказывать такое очень неприятно. В моём горле и сейчас стоит здоровенный ком, будто
металлическим грузом оседающий в глотке. Царапающий своими острыми краями и не дающий
нормально говорить.
– Он показал мне письма… Наши родители встречались ещё до брака твоей мамы… Она думала,
что ты от моего отца. Мир и Дамир. Они планировали назвать нас так… Отец назвал меня, мама
тебя… Когда я увидел всё это… Меня разорвало. Я жить перехотел, когда подумал, что ты
можешь быть…
– Дамир, что ты говоришь?! Что ты такое несёшь, чёрт тебе дери?!