На этот раз мне снова снится он. И от этих эмоций не убежать. Словно я поймала сонный
паралич. Не могу пошевелиться, когда он целует меня. Не могу закричать, хоть и очень
хочется. Его губы… Язык. Они словно сделаны из яда. Другого объяснения я не вижу…
Слишком ловко они меня обездвиживают и уничтожают.
И я опять дышу, словно маленький серый зайчик. В его руках. В его жёсткой хватке, чёрт
возьми…
Отпусти меня…
– Дамир, не надо… Не надо. Не трогай.
С каждым его касанием я мечтаю проснуться, но не могу. Сон держит так крепко, что я ощущаю
всё как наяву.
– Прошу тебя, отпусти… Дамир.
Открывая глаза посреди ночи, чувствую, как кожа покрывается липким потом, а затем мне
становится дико, ужасно холодно. Так что я не могу согреться. Психанув, ухожу принять
горячий душ.
Только там удаётся смыть с себя всю грязь, которую мой больной неправильный мозг
нафантазировал во сне. Но не успеваю я выйти, как вода прекращает литься. Этого не было все
три года. И я понимаю, что это его рук дело. Хорошо, что я хотя бы смыла шампунь. Торопливо
направившись в комнату, практически пробегаю мимо его двери, но не успеваю, потому что руки
Дамира перехватывают меня раньше, чем я оказываюсь у себя.
– Не смей! Дамир, не смей, отпусти, говорю, – пытаюсь толкать, но он сжал меня всем своим
телом и затащил к себе в комнату.
– Ты звала меня во сне… Меня. Меня звала, Мира, и не отрицай. Я всё слышал.
– Ты, что? Ты был в моей комнате. Смотрел как я сплю?! Совсем маньяк?!
Чувствую, как его рука развязывает мой халат. О, Господи.
– Дамир, нет! Я закричу! Это насилие! Отпусти! Ты мне противен, отпусти!
– Да тихо ты, дурочка… Ты скучала, я скучал…
– Отвали от меня, придурок ненормальный! Я не скучала! У меня есть парень! Я его…
– Что?
– Люблю!!!
– Тебе не кажется, что ты слишком часто даришь кому-то это чувство?! – со злостью
спрашивает он, а мне дико смешно.
– Ты прав! Поэтому я жалею, что думала тогда так. Это всё было чушью. Ложью! Не тем!
Никогда не чувствовала ничего подобного до Ромы!
– Замолчи уже, Мира.
Он вгрызается в мою шею, а я не могу дышать. Так же как во сне. Толкаюсь, дрыгаюсь,
сопротивляюсь. Но не могу его сдвинуть. Дамир, зажимая меня в коленях, разводит в стороны
полы моего халата, под которыми я совсем голая. Касается груди, сжимает ладонью. Целует
меня. Кусает шею.
Ведёт шершавым пальцем по моему животу и ниже, отчего меня начинает трясти в предсмертных
конвульсиях.
– Никто тебя так не трогает. И парень твой тоже. Никто не касается так, как ты того
хочешь…
Я позорно ощущаю то, как его палец касается меня между складок, собирает влагу и скользит
ей к клитору, надавливая на него.
– Ты так же меня хочешь. Тело по-прежнему реагирует. Моя… Мой сладкий зайчонок…