С первой работы мне пришлось уволиться, потому что женатый босс решил, что я идеально подхожу на роль любовницы. На работе оно как-то удобнее, ходить далеко не надо, не надо оправдываться перед ревнивой супругой, где ты – сказал «на работе», и вроде как не соврал.
Я долго искала новую работу, наконец нашла – меня взяли стажеркой в крутое адвокатское бюро, с испытательным сроком. Пахала как проклятая, света белого не видела, так хотела в постоянный штат. Сняла однушку в ближнем Подмосковье – далеко до работы, но на большее денег не хватило.
Мои вторые отношения закончились тем, что Игорёк изменил мне прямо в постели моей собственной квартиры, а когда я их застукала с той девицей, меня же и обвинил. Мол, только работа на уме, не уделяла ему внимания.
Сжала зубы, пережила, стала работать ещё больше.
Попала в штат.
Со съемной переехала в ипотечную. Родители к тому времени уже умерли, и я осталась одна на всём белом свете. Я была у них единственным ребёнком, родили меня поздно. Немногочисленные родственники – рассеяны кто где, мы с ними никогда особо не общались. Положиться было не на кого, выживать я должна была одна. Продажи старого родительского домика в СНТ, который со всех сторон теснили башни новостроек, едва хватило на первоначальный взнос по ипотеке.
Несколько лет подряд мне было не до свиданий вообще.
Думала, никогда больше не полюблю. Но меня угораздило нарушить все и всячески нормы профессиональной этики и втрескаться в собственного клиента.
Вадим был потрясающе хорош собой. Ухаживал так, что я чувствовала себя лучшей женщиной на земле. Дарил обалденные букеты. Я подумала – вот оно! Судьба наконец-то вознаграждает меня за все мучения. Мой одурманенный гормонами мозг даже не обратил внимания, что именно рассказывала про него женщина, с которой он разводился. Думала, в ней обида говорит – ну кто, скажите мне, хорошо отзывается о бывших?
Оказался банальным альфонсом. Оставил меня с засохшими букетами и кредитами. Хорошо, букет был цветов, а не венерических заболеваний.
Это надломило.
Я сама не поняла, в какой момент это произошло.
— …Ольга Дмитриевна, вы вообще меня слушаете? – истерично-требовательный голос господина Тюфякова ворвался в мои размышления, и я поморщилась от новой волны боли в висках.
— Зачем вообще жениться, если не любите человека? – заторможенно спросила я. – Потому что, если любишь, ведь не будешь изменять.
Сама не знаю, почему так сказала.
Это было непрофессионально, глупо и вообще на меня не похоже.
Оба Тюфяковых, и муж и жена, воззрились на меня в неподдельном изумлении.