— Ты собрался в поход? — спросила Анна, еле сдерживая улыбку.
— Я собрался выжить, — серьёзно ответил Дмитрий. — Ты сказала, что у тебя холодно.
Он вошёл, огляделся. Квартира была такой же, как всегда: маленькая, тесная, с облезлыми обоями. Но сегодня Анна постелила на диван свежее бельё, зажгла ароматическую свечу — единственную, которая осталась с прошлого года — и даже поставила в кружку веточку калины с подоконника.
— Уютно, — сказал Дмитрий, и на этот раз он не врал.
— Раздевайся, — Анна помогла ему снять пальто. — Шустрик уже заждался.
Щенок действительно носился по квартире как угорелый, наматывая круги вокруг Дмитрия и повизгивая от восторга. Дмитрий опустился на корточки, почесал его за ухом, и Шустрик тут же перевернулся на спину, требуя живота.
— Избаловал ты его, — заметил Дмитрий.
— Это ты его избаловал, — парировала Анна. — Если бы не твои деньги, он бы до сих пор в ветеринарке лежал. А так — вон какой командир вырос.
Они разложили диван. Это было целое приключение: старая конструкция скрипела, пружины выскакивали, а матрас, сложенный пополам, норовил разъехаться в разные стороны. Анна пыхтела, Дмитрий пытался помочь, но только мешал. В конце концов они уронили подушку на пол и рассмеялись.
— В моём доме есть гостевая спальня, — напомнил Дмитрий.
— В моём доме есть диван, который разваливается, — ответила Анна. — Выбирай, что ближе.
Он выбрал её.
Вечером они готовили ужин вместе. Анна показала ему свою кухню: две конфорки работали, одна не работала, духовка грела только с левой стороны. Дмитрий резал лук и плакал. Анна чистила картошку и смеялась.
— Я никогда не чистил картошку руками, — признался он.
— А чем ты её чистил? — удивилась Анна.
— Никогда не чистил. У меня были повара.
Она замерла.
— Повара? — переспросила она.
— Ну да. В детстве. А что?
— Ничего, — она покачала головой. — Просто напомнило, что мы из разных миров.
— Миры разные, а картошка одна, — сказал он и поцеловал её в щёку.
Ужин получился простым: картофельное пюре с котлетами, которые Анна жарила по рецепту Зои Павловны. Дмитрий съел две порции и попросил добавки.
— Это вкуснее, чем в ресторане, — сказал он.
— Ты врёшь.
— Никогда не был так честен.
После ужина они сидели на диване, смотрели какой-то старый фильм по ноутбуку и пили чай с конфетами, которые он привёз. Шустрик устроился между ними, положил голову на колено Анны и периодически поглядывал на Дмитрия: не украдут ли его место.
— Тебе не тесно? — спросила Анна. — Ты привык к просторам, а тут…
— Тут я с тобой, — перебил он. — Теснота — это когда двум людям не о чем молчать. А нам есть.